Новый флагманский космический телескоп, возможно, выяснит, одиноки ли мы во Вселенной
Слева — Земля на снимке камеры EPIC спутника DSCOVR. Справа — то же изображение, уменьшенное до 3 × 3 пикселей. Примерно так могут выглядеть будущие снимки экзопланет, если свет из центрального пикселя распространится на соседние. Телескоп с угловым разрешением около 60–70 микросекунд позволил бы с такой детализацией увидеть планету земного типа на расстоянии Альфы Центавра. Обсерватория Habitable Worlds Observatory с коронографом нового поколения и наземный ExoLife Finder смогут фотографировать планеты размером с Землю, расположенные на землеподобных орбитах вокруг солнцеподобных звёзд. Правда, каждая из них будет видна лишь как один пиксель. Источник: NOAA/NASA/Stephen Kane
После запуска космического телескопа NASA «Нэнси Роман» следующей флагманской миссией станет Habitable Worlds Observatory (HWO), или «Обсерватория обитаемых миров». Она способна изменить всё.
Итан Сигел, 19 ноября 2026 года
Главное:
-
Одни из величайших прорывов в астрофизике обеспечили флагманские миссии NASA — «великие обсерватории», которые открыли нам совершенно новый взгляд на Вселенную: «Хаббл», JWST (космический телескоп «Джеймс Уэбб») и теперь «Нэнси Роман».
-
Следующая флагманская миссия уже определена: Habitable Worlds Observatory («Обсерватория обитаемых миров», HWO). Это, возможно, самый амбициозный из утверждённых проектов. Крупнейшему оптическому космическому телескопу в истории предстоит напрямую сфотографировать как можно больше планет размером с Землю и поискать на них признаки жизни.
-
С тех пор как люди впервые обратили взор к небу, нас занимает вопрос: одни ли мы во Вселенной? Впервые специалисты, инструменты и технологии приближаются к тому, чтобы дать на него определённый ответ — если жизнь на планетах, похожих на Землю, действительно широко распространена.
Некоторые вопросы человечество задавало себе испокон веков, но получить на них удовлетворительные ответы стало возможно лишь благодаря научным прорывам. Например:
-
Что представляет собой Вселенная?
-
Как она возникла?
-
Почему она стала такой, какой мы её видим?
-
Какая судьба её ожидает?
Эти вопросы сопровождали нас с глубокой древности и почти на протяжении всей истории оставались открытыми. В XX и XXI веках впечатляющие достижения физики и астрономии наконец позволили ответить на многие из них. Но, пожалуй, важнейший экзистенциальный вопрос — «Одни ли мы во Вселенной?» — по-прежнему ждёт ответа.
Современные наземные и космические телескопы способны заглядывать в глубины Вселенной, однако ни одной действующей обсерватории пока не под силу решить эту задачу. Для дальнейшего продвижения необходимы прямые изображения экзопланет земного типа: миров с размерами и температурой, близкими к земным, которые вращаются вокруг солнцеподобных звёзд, а не гораздо более распространённых красных карликов, таких как Проксима Центавра или TRAPPIST-1.
Именно такие возможности NASA рассчитывает получить благодаря следующей флагманской миссии — Habitable Worlds Observatory. Проект чрезвычайно амбициозен, но он стоит затраченных усилий. Ведь подтверждение того, что мы не одиноки во Вселенной, вполне может стать величайшим переворотом в истории науки.

Сегодня внеземную жизнь ищут тремя основными путями.
-
Исследуют объекты Солнечной системы — Марс, Венеру, Титан, Европу и Плутон — дистанционно и in situ, то есть на месте. Пролётные и орбитальные аппараты, посадочные модули и марсоходы помогают искать следы прежней жизни и, возможно, простые формы жизни, сохранившиеся до наших дней.
-
Изучают экзопланеты и их атмосферы в поисках признаков жизни, анализируя цвет, сезонные изменения и состав атмосферы.
-
Ищут сигналы, способные выдать присутствие разумных инопланетных цивилизаций, в рамках проектов вроде SETI и Breakthrough Listen.
У каждого подхода есть достоинства и недостатки, поэтому имеет смысл развивать все три направления. Пока никого обнаружить не удалось, мы можем лишь предполагать, одиноки ли мы. Но достаточно найти хотя бы один пример жизни, возникшей за пределами Земли, чтобы с уверенностью сказать: во Вселенной мы не одни.
С учётом имеющихся возможностей большинство учёных полагает, что успех первым принесёт второй подход. Если жизни необходимы условия, похожие на земные, наша планета вполне может оказаться единственным местом в Солнечной системе, где жизнь возникла, сохранилась, расцвела, достигла технологического развития и существует по сей день. А если поблизости сейчас нет разумных цивилизаций, активно передающих радиосигналы, проекты вроде SETI не смогут их обнаружить.
Однако обнаружить жизнь в любой форме гораздо проще, чем найти технологически развитую разумную цивилизацию, которая активно посылает сигналы. Если хотя бы небольшая доля миров, похожих на Землю, населена живыми организмами, изучение экзопланет может оказаться успешным там, где остальные два метода не помогут. В этой области мы уже продвинулись далеко: в Млечном Пути подтверждено более 6000 экзопланет, причём почти для всех этих миров известны масса, радиус и период обращения.

К сожалению, этих данных недостаточно, чтобы определить, обитаем ли хотя бы один из таких миров. Для этого потребуются измерения, которые помогут ответить на другие вопросы:
-
Есть ли у экзопланеты атмосфера?
-
Возникают ли на ней облака, выпадают ли осадки и существуют ли погодные циклы?
-
Меняется ли цвет её континентов от зелёного к коричневому со сменой сезонов, как на Земле?
-
Присутствуют ли в атмосфере газы или их сочетания, свидетельствующие о биологической активности? Меняется ли их содержание в зависимости от сезона, подобно концентрации CO2 на Земле?
Сегодня на переднем крае таких исследований находятся космический JWST и наземные телескопы 10-метрового класса. Они получают прямые изображения экзопланет и проводят транзитную спектроскопию — изучают спектр при прохождении планеты по диску звезды.
Но даже возможностей этих выдающихся обсерваторий недостаточно для достижения главной цели.
Ни JWST, ни наземные 10-метровые телескопы не способны измерить свойства планет размером с Землю, которые обращаются вокруг солнцеподобных звёзд по орбитам, похожим на земную. Напрямую мы можем снимать планеты размером с Юпитер, удалённые от своей звезды примерно на расстояние от Солнца до Сатурна или дальше. Это подходит для изучения газовых гигантов, но не для поиска жизни на каменистых планетах. Транзитная спектроскопия позволяет анализировать свет, прошедший через атмосферы суперземель у красных карликов, однако наблюдение планет размером с Землю возле солнцеподобных звёзд по-прежнему недоступно нынешним инструментам.

Тем не менее достигнутый прогресс показывает: если усовершенствовать и масштабировать существующие технологии, необходимые для поиска таких экзопланет данные станут доступны. Чтобы обнаружить действительно обитаемый мир и изучить его свойства, нужно развивать уже имеющиеся инструменты. Сейчас строится новое поколение наземных обсерваторий, открывающее эру телескопов 30-метрового класса: Гигантский Магелланов телескоп (GMT/GMTO), Чрезвычайно большой телескоп (ELT) и, возможно, ExoLife Finder. Большие надежды возлагаются и на коронограф следующей флагманской астрофизической миссии NASA — космического телескопа «Нэнси Роман».
«Нэнси Роман» получит возможности, сопоставимые с возможностями «Хаббла», но будет оснащён более современной аппаратурой и полем зрения в 50–100 раз шире. Его коронограф позволит различать на фоне света родительской звезды планеты примерно в 1000 раз тусклее тех, что доступны JWST. Важное испытание состоится в ближайшее время: «Нэнси Роман» попытается сфотографировать слабого звёздного компаньона, проверив тем самым возможности коронографа. Успех покажет, что мы движемся в верном направлении к прямой съёмке землеподобных миров у солнцеподобных звёзд с помощью будущей Habitable Worlds Observatory.
Технологии развиваются, а вместе с ними растут и наши исследовательские амбиции. Каждые десять лет Национальная академия наук США определяет главные приоритеты астрономии и астрофизики и публикует рекомендации в виде «декадного обзора». В последнем обзоре Astro2020 рассматривались четыре флагманских проекта:
-
Lynx — рентгеновская обсерватория нового поколения, особенно важная с учётом сокращения масштабов будущей миссии ESA Athena;
-
Origins — обсерватория дальнего инфракрасного диапазона, которая восполнит значительный пробел в наблюдениях Вселенной на разных длинах волн;
-
HabEx — телескоп с монолитным зеркалом для прямой съёмки ближайших планет земного типа;
-
LUVOIR — масштабный телескоп с сегментированным зеркалом, задуманная как универсальная астрономическая «обсерватория мечты».

Хотя в перспективе было рекомендовано реализовать три из четырёх проектов, Lynx и Origins уступили место главному приоритету — увеличенной версии HabEx или, если угодно, уменьшенной версии LUVOIR. Черты обоих проектов объединились в Habitable Worlds Observatory. Предложенные характеристики во многом представляют собой разумный компромисс между технической осуществимостью, потенциалом открытий с учётом наших знаний и пробелов в них и экономической эффективностью. При этом учитывался опыт успехов и трудностей, накопленный при проектировании, строительстве и запуске JWST.
Планируемые характеристики Habitable Worlds Observatory внушают оптимизм. Сейчас проект предусматривает:
-
сегментированное оптическое зеркало по схеме, уже использованной в JWST;
-
усовершенствованную версию коронографа телескопа «Нэнси Роман»;
-
современные датчики для управления сегментами зеркала и поддержания стабильности на уровне примерно пикометров — на порядки выше, чем у JWST и современных наземных оптических телескопов;
-
совместимость с ракетами нового поколения, которые будут эксплуатироваться в конце 2030-х — начале 2040-х годов;
-
роботизированное обслуживание компонентов в точке Лагранжа L2, примерно в 1,5 млн км от Земли;
-
отказ от принципиально новых технологий, которые не успеют достичь полной зрелости к этапу разработки и строительства.
Самыми дорогими компонентами JWST оказались именно те, что создавались с нуля; в проекте Habitable Worlds Observatory таких элементов нет. Это обнадёживает: план выглядит выполнимым и менее уязвимым к задержкам и перерасходу бюджета, сопровождавшим создание JWST. Вместо разработки всего заново предполагается постепенно совершенствовать существующие технологии до необходимых характеристик.

Благодаря этим возможностям Habitable Worlds Observatory получит реальный шанс достичь того, что можно назвать Святым Граалем астрономии, — впервые показать человечеству действительно обитаемую планету. Главное зеркало диаметром 6,0–6,5 метра, сопоставимое по размеру и светосиле с зеркалом JWST, должно позволить телескопу напрямую снимать планеты земного размера у звёзд в пределах примерно 14 световых лет от Земли. Участники проекта будут бороться за каждый дополнительный сантиметр диаметра: если удвоить радиус области, в которой можно обнаруживать планеты, объём поиска и ожидаемое число объектов возрастут в восемь раз. В окрестностях Солнца находятся:
-
9 звёздных систем в пределах 10 световых лет от Земли;
-
22 звёздные системы в пределах 12 световых лет;
-
40 звёздных систем в пределах 15 световых лет;
При запланированных характеристиках Habitable Worlds Observatory сможет напрямую сфотографировать от 20 до 30 планет земного типа. Небольшое увеличение диаметра зеркала может поднять это число примерно до 100. Если вероятность возникновения и сохранения жизни на землеподобном мире составляет хотя бы несколько процентов — или около 1% при использовании более крупного телескопа, — миссия, скорее всего, достигнет главной цели: обнаружит первую обитаемую планету за пределами Солнечной системы. А при благоприятном стечении обстоятельств таких планет может оказаться несколько.

Многие необходимые технологии уже прошли трудный этап разработки. Среди них:
-
пятислойный солнцезащитный экран JWST;
-
складное сегментированное зеркало JWST;
-
деформируемое зеркало коронографа «Нэнси Роман».
Поэтому в Habitable Worlds Observatory не должно быть принципиально новых компонентов, способных создать проекту такие же трудности, с какими столкнулся JWST.
Тем не менее всякая новая разработка связана с риском. Перспектива роботизированного обслуживания выглядит многообещающе, и подобные операции уже проводились, но только на низкой околоземной орбите. При расстоянии до L2 в 1,5 млн км даже сигналам, движущимся со скоростью света, требуется около 10 секунд на путь туда и обратно. Обновление телескопа и его приборов на орбите потребует как ракетной техники, так и автоматизированной робототехники, которые ещё предстоит разработать и довести до нужной степени готовности.
Выравнивание зеркал с точностью до пикометров — ещё одна техническая задача, требующая значительно превзойти нынешнюю нанометровую точность. Хотя речь идёт о постепенном совершенствовании существующей технологии, оно потребует серьёзных ресурсов. Их уже выделяют в рамках доведения технологий до зрелости на этапах предварительного и основного проектирования.
Есть и серьёзная проблема, которая, по-видимому, ещё не привлекла должного внимания: пригодность конструкции коронографа «Нэнси Роман» для Habitable Worlds Observatory. Коронограф JWST работает именно так, как ожидалось, позволяя обнаруживать и снимать планеты с яркостью всего в одну стотысячную яркости родительской звезды. От «Нэнси Роман» ожидают тысячекратного преимущества перед JWST: его деформируемое зеркало коронографа оптимизируют для работы с интерференционными картинами и паразитным светом, возникающими при идеально круглой форме коронографа.
Однако есть важная тонкость. Одно из преимуществ коронографа «Нэнси Роман» связано с тем, что его главное зеркало будет единым и круглым, тогда как зеркало JWST состоит из отдельных сегментов. Именно форма зеркала JWST создаёт характерный дифракционный рисунок в виде снежинки вокруг звёзд и других ярких точечных источников. Это математическое следствие геометрии оптической системы.
Поскольку для Habitable Worlds Observatory тоже предусмотрено составное главное зеркало, могут возникнуть дополнительные сложности с совместимостью.

Коронографам с их круговой конструкцией непросто подавлять паразитный свет, возникающий из-за острых краёв, в том числе:
-
кромок шестиугольных сегментов;
-
углов по внешнему контуру зеркала;
-
миллиметровых зазоров между сегментами.
При конструкции, подобной JWST, это может стать серьёзным препятствием для Habitable Worlds Observatory. Чтобы снимать землеподобные планеты у солнцеподобных звёзд, ей потребуется коронография с контрастом одна десятимиллиардная (1:10 000 000 000) — примерно в 100 раз лучше возможностей коронографа «Нэнси Роман».
Впрочем, к моменту окончательного проектирования Habitable Worlds Observatory может появиться ракета с более крупным головным обтекателем, способная вывести в космос монолитное зеркало диаметром от 6,0 метра и даже, возможно, до 8,4 метра — максимального размера монолитных зеркал, которые мы умеем надёжно изготавливать. В таком случае проблема исчезнет, а успех миссии будет меньше зависеть от решения сложной, прежде не возникавшей задачи.

Ещё один вариант — запустить звёздный экран вместе с Habitable Worlds Observatory или позднее, чтобы блокировать свет исследуемой звезды ещё до его попадания на главное зеркало. Технически это возможно, но дорого и накладывает ограничения на эффективность: при смене каждой цели экрану придётся перемещаться относительно обсерватории примерно на 80 000 км. Впрочем, есть основания считать, что такой экран можно использовать и с наземными обсерваториями. В целом он позволит Habitable Worlds Observatory подробно исследовать примерно одну-две системы в год, а за время миссии — десятки или даже многие десятки систем.
Возможно, стоит рассмотреть и промежуточный вариант: вместо обычного сегментированного или единого монолитного зеркала использовать набор круглых зеркал по образцу оптической системы строящегося Гигантского Магелланова телескопа. Семь идеальных кругов вместо более чем 18 шестиугольных сегментов обеспечат светособирающую способность, соответствующую их суммарной площади, а разрешение будет определяться диаметром всей конструкции. Такой подход позволит:
-
устранить проблемы с паразитным светом, характерные для конструкции типа JWST;
-
сохранить возможность использовать отработанную технологию складного главного зеркала;
-
применить разрабатываемую технологию поддержания пиковой точности стабильности между сегментами;
-
при необходимости снабдить каждый из семи сегментов собственным вторичным зеркалом и коронографом вместо общих для всей системы.
Кроме того, опоры не придётся проводить перед оптической поверхностью главного зеркала: стойки вторичного зеркала или зеркал можно расположить так, чтобы в направлении наблюдения они совпадали с промежутками между круглыми сегментами. Именно поэтому Гигантский Магелланов телескоп станет первой обсерваторией мирового класса, на снимках которой вокруг звёзд не будет дифракционных лучей.

При грамотном проектировании, успешной реализации и последовательном доведении технологий до зрелости, намеченном астрофизическим подразделением NASA, Habitable Worlds Observatory сможет:
-
отправиться в космос уже в конце 2030-х — начале 2040-х годов;
-
быть построена в срок и в пределах бюджета;
-
выполнять намеченную программу наблюдений без звёздного экрана;
-
получать дозаправку, а также обслуживание и замену научных приборов;
-
в дальнейшем работать со звёздным экраном, если его решат добавить;
-
и, возможно, сфотографировать достаточно землеподобных планет, чтобы обнаружить хотя бы одну действительно обитаемую экзопланету, а может быть, и несколько.
Главное решение при проектировании телескопа — найти баланс между числом землеподобных кандидатов, доступных для прямой съёмки, и размерами и стоимостью обсерватории. Диаметр 6–7 метров кажется разумной серединой, но есть риск чрезмерно сэкономить и построить слишком маленький телескоп, который упустит главную цель — обитаемую планету. Вряд ли мы пожалели бы, если бы обсерватория оказалась достаточно большой, чтобы исследовать значительный участок Вселенной и найти не одну такую планету.
Важно помнить: поиск жизни за пределами Земли похож на лотерею с неизвестными шансами. Каждая землеподобная планета, которую мы фотографируем и изучаем, — ещё один билет, но вероятность выигрыша нам неизвестна. Успех зависит от того, окажутся ли среди наших билетов выигрышные и достаточно ли их будет. При этом мы не узнаем, сможем ли сколько-нибудь уверенно оценить эти шансы, пока не получим результаты Habitable Worlds Observatory. Поэтому от нас зависит создать обсерваторию так, чтобы максимально повысить вероятность хотя бы одного успеха. Тогда, возможно, мы наконец ответим на вопрос «Одни ли мы во Вселенной?» — и будем точно знать: «Нет, есть и другие».
Впервые статья опубликована в феврале 2023 года. Обновлена в ноябре 2026 года.
От Dota 2 к новой профессии: как построить карьеру после жизни в игре
Создан самый быстрый в мире мягкий робот без электроники
Над большинством городов спутников теперь видно больше, чем звёзд
Станок прозрел: сам измеряет, выявляет брак и исправляет ошибки
Неудачный проект, о котором Nintendo предпочитает не вспоминать
В советских журналах публиковали игры для калькулятора — в них можно играть и сегодня
Почему квартиры не дешевеют, несмотря на отсутствие покупателей
Из чего состоит Вселенная? Итоги 20-летнего исследования указывают на пробелы в наших знаниях