Воробушки

Кошки стали по-настоящему домашними, и многие из них не выживут, оказавшись в дикой природе. Подробнее об этом — в статье https://habr.com/ru/articles/959468/. Но как быть с мышами и воробьями, которые тоже живут рядом с человеком? Они остаются дикими или настолько приспособились к соседству с нами, что уже не смогут обойтись без людей? Истина где-то посередине. Конечно, мыши и воробьи не превратились в домашних животных, как кошки, однако исчезновение человека и связанных с ним источников пищи может привести к резкому сокращению их численности.

История домового воробья и домовой мыши тесно связана с зарождением земледелия. От 12 000 до 8 000 лет назад люди начали переходить от собирательства и постоянных кочёвок к выращиванию зерновых культур. Урожай нужно было где-то хранить: для этого закапывали в землю большие глиняные сосуды или строили амбары, где зерно проветривалось и не слёживалось. А вслед за запасами зерна появлялись и их потребители — мыши и птицы.

Генетические данные позволяют проследить историю домового воробья примерно на 10 000 лет назад. И здесь есть несколько интересных подробностей.

Домовый воробей — отдельный вид, принадлежащий к роду настоящих воробьёв (Passer). В этот род входят 28 видов. При этом некоторые из них, как и домовый воробей, зависят от человеческих построек и доступных рядом с людьми ресурсов.

Домовый воробей выделился как вид на Ближнем Востоке — в регионе, где зародилось земледелие. Оттуда птицы расселялись вслед за земледельцами. Живя рядом с людьми и домашними животными, они постоянно сталкивались с различными инфекциями. Предполагается, что естественный отбор способствовал развитию у них иммунных механизмов, позволяющих справляться с воспалением с меньшими затратами ресурсов. Полевой воробей, напротив, не проходил такой же отбор в окружении болезней домашних животных. За тысячи лет рядом с человеком преимущество получали домовые воробьи, способные пережить многочисленные инфекции. Аналогичный отбор затрагивал людей и домашних животных: особи, хуже защищённые от болезней, оставляли меньше потомства.

Одно из исследований, посвящённых иммунному ответу и выносливости домовых и полевых воробьёв: https://web.archive.org/web/20060921034010/http://www.princeton.edu/~wikelski/Publications/2005 lee et al.pdf Responding to inflammatory challenges is less costly for a successful avian invader, the house sparrow (Passer domesticus), than its less-invasive congener

Птицам вводили бактерии, липополисахарид и фитогемагглютинин, чтобы выяснить, как иммунная нагрузка влияет на их размножение и обмен веществ.

Фитогемагглютинин используют для оценки иммунного ответа. Изменения обмена веществ после его введения помогают исследователям оценить, каких энергетических затрат требует реакция организма.

У домовых воробьёв показатель оставался примерно на прежнем уровне — 48 мл кислорода на грамм.

У полевых воробьёв он снизился с 58 до 46.

Введение липополисахарида позволяет имитировать некоторые проявления болезни у птиц. После такой нагрузки домовые воробьи почти не снижали активность, тогда как активность полевых воробьёв падала в четыре раза.

У птиц ЛПС вызывает системную воспалительную реакцию, сопровождающуюся изменениями белкового и минерального обмена (Klasing 1998).

После введения ослабленных бактерий, имитировавшего заражение, домовые воробьи высиживали четыре яйца вместо пяти. У полевых воробьёв количество яиц во время и после болезни сократилось с одиннадцати до шести. Таким образом, два вида заметно различались по реакции на иммунную нагрузку.

Эти различия можно связать с разными стратегиями выживания. Полевые воробьи лучше приспособлены к дефициту ресурсов: насытившись, они снижают активность и отдыхают. Домовые же продолжают искать пищу. При болезни у полевых воробьёв численность кладки заметно сокращается, а у домовых снижение оказалось гораздо менее выраженным.

Возможно, в этом проявляется длительное сосуществование домовых воробьёв с людьми. Там, где пища относительно доступна, преимущество могут получать не самые экономные и осторожные птицы, а те, кто сохраняет активность и способность к размножению даже при неблагоприятных обстоятельствах.

Но кто из них лучше справится с внезапной нехваткой пищи?

Предположительно, преимущество окажется на стороне полевых воробьёв, приспособленных к жизни вне человеческих поселений. Пока в городах достаточно еды, домовые воробьи могут успешно размножаться. При голоде же способность полевых воробьёв снижать активность и экономить энергию может помочь им продержаться до появления новых источников пищи.

Подобный принцип актуален и для людей: при длительном голодании снижение физической активности помогает экономить силы. Домовые воробьи уже много тысячелетий живут рядом с человеком, и исчезновение привычной среды и источников корма стало бы для них серьёзным испытанием.

Источник