Пятница. Бредни программиста 4.2

Привет, Хабр! Бредни продолжаются:) Спасибо всем за поддержку и комментарии, потому что это очень важно. Сегодня очередь истории “Про первые школьные поцелуи и дьявольски хитрое изобретение российских инженеров”. Я очень трепетно отношусь к старшекласcному возрасту. Думаю, это самое лучшее время жизни (как оказалось:). Рассказ называется ”Медные реки”.

Медные реки

Через год я закончу школу и стану взрослым. Тогда все изменится. Не будет ломающихся автомобилей и зависающих компьютерных программ. Не будет рушащихся крыш стадионов и разваливающихся домов. Не будет прорывающихся плотин и падающих самолетов.

Не будет сломанных детских игрушек и западающих кнопок на сотовых телефонах. Не будет сгоревших процессоров и погнувшихся антенн. Потому, что если все делать правильно, в соответствии с наукой – это получится само собой. Просто взрослые забыли, чему их учили в школе, и от этого все беды. Ну ничего, остался всего год. ВЗРОСЛЫЕ — ВЫ СЛЫШИТЕ МЕНЯ? Дайте мне в руки хоть что-нибудь. Хотя бы штангенциркуль и логарифмическую линейку. И через пять лет вы не узнаете этот мир.

С такими мыслями я пришел с уроков домой и включил телевизор.

Щелк…

Расширяется строительная программа России. Дополнительное финансирование будет направлено в 158 городов. Будут построены новые жилые дома, а также магазины, больницы и школы. Эти города были отобраны специальной комиссией по социальным вопросам. Но вопрос в том, что будет с городами, не вошедшими в список финансирования. Когда жители России получат дешевое и качественное жилье?…

Щелк…

— О проекте “Медные реки” никто не знает, и это не удивительно. Если вы спросите официальные источники, то Вам просто ответят, что такого проекта нет. Я сам узнал о нем почти, что случайно. Но узнав, я уже не могу спокойно смотреть, как неизвестно на что тратятся миллиарды рублей наших избирателей.
— Скажите, а что известно о этом проекте?
— Как вы понимаете о нем ничего не известно, потому что никто ничего не говорит. Но я и так могу сказать, в чем дело. Дело в добыче урана из выработанной медной руды. Во время, когда мир разоружается и тратит все больше денег на социальные программы наше правительство ….

Щелк….

Вчера Институтом Прикладных Вычислений была представлена новая версия российского микропроцессора Орион. Процессор показал рекордную пиковую производительность в своем классе. Но в каких условиях живут создатели чуда российской науки. Мы побывали дома у младшего научного сотрудника…

Щелк… Щелк… Щелк…

Еще я подумал, что когда стану взрослым, то не будет дурацких новостей и телевизионных программ. Единственное стоящее событие – процессор “Орион”. И то не могли как следует рассказать. Какая производительность? Сколько ядер? Надо позвонить Славке, обсудить.

Славка – мой лучший друг. Это единственный человек, с которым можно было нормально поговорить. Мы ночи напролет обсуждали с ним все – от науки и техники до глобальных проблем цивилизации. Но интереснее всего было говорить с ним о вычислительной технике. Он знал такое, чего не знал никто, даже профессора в институте, и откуда у него берутся эти знания, я не представлял.

Я взял сотовый в руки, хотел набрать номер, но внезапно сотовый зазвонил прямо в моих руках. Звонил Славка.
— Алло, Слава, я как раз хотел тебе звонить, ты не знаешь…
— После, все после. Важное дело есть, – донесся из телефона напряженный Славкин шепот.
— Какое дело?
— Я же тебе говорю – ВАЖНОЕ. Подходи к зданию Конструкторского Бюро Бриз. Только не со стороны фасада, а со стороны переулка… Ну знаешь там…

В трубке послышались короткие гудки. Здания КБ Бриз я знал, как, впрочем, и все более-менее известные здания нашего города. Что за дело? Это было интересно. Славка зря звонить не будет. Я надел куртку, запер входную дверь и вышел на улицу.

* * *

Я подошел к зданию КБ со стороны переулка и стал ждать Славку. Вокруг никого не было, если не считать бомжа, который пытался проникнуть к мусорному баку, и охранника, в обязанности которого, судя по всему, входило и то, чтобы бомжи не копались в мусоре. Неподалеку я также заметил то ли девочку, то ли девушку в коротком плаще. Она топала замерзшими ногами в тонких колготках, но не уходила. “Наверно, на свидание пришла, подумал я. И какой урод в таких местах свидания девушкам назначает.”

Я смотрел на часы, а Славки все не было. Вдруг бомж стал перемещаться в мою сторону. Когда бомж подошел ко мне и выглянул из-за воротника замызганного пальто, я с удивлением узнал Славку.

Девушка тоже подошла, и я опознал в ней Катю Епифанову – девчонку из 8-г класса. Она поправила челку и спросила:
— Мальчики, а когда мы целоваться начнем?..

Я отвел Славу в сторону.
— Слава, что за цирк? Зачем ты сюда Епифанову притащил. Она же полная дура!
— Дура, зато красивая! Это для дела больше важно!
— Для какого дела? Целоваться что ли?
Слава посмотрел на меня и покрутил пальцем у виска.
— Ты чего Толян? Как Епифанова уже стал? Важное дело от ерунды отличить не можешь?
— Что ты заладил, “дело, дело”. Скажи наконец в чем дело?

В этот момент запасной выход КБ Бриз распахнулся и два работника в форме выкинули в мусорный бак большой полиэтиленовый пакет.
— Ага, вот и дело, — радостно сказал Славка. – Епифанова, иди сюда. Поцелуи надо еще заработать. Твоя задача – отвлечь охранника.
— А что я ему скажу?
— Ну придумай что-нибудь. Ты же умная девушка!
— Ладно, — согласилась Епифанова и пошла в сторону охранника.

— Дяденька, скажите а у Вас жена красивая? – послышалось из за колонны.

“Ну и дура…” – прошептал Славка, — Ладно, Толян, нельзя терять времени. Наша задача – найти коробку с надписью А-108. Как найдем, сразу ноги делаем…
Мы подкрались к баку и стали потрошить пакет.

— Николай Сергеевич, а Вам какие юбки больше нравятся в складочку или с разрезом? – продолжал вещать голос из-за колонны.

Нужная коробка никак не находилась.

— А это у Вас что, пистолет? Ой как интересно… А он тяжелый?

Наконец Славка радостно хрюкнул и извлек из пакета небольшую коробку. В это время со стороны переулка показался фургон с надписью “Cпецмусор”.
— Вовремя успели, — сказал Славка, засовывая за пазуху картонную коробку, — Все, смываемся!

* * *

Когда мы, запыхавшись, забежали в подворотню соседнего переулка, мусоровоз уже уехал. Славка достал из-за пазухи коробку и бережно ее открыл. В картонных ячейках лежало несколько крупных микросхем. На корпусах было написано “Орион-75”. Ниже – перечеркнутый красной полосой штамп ОТК. Я присвистнул:
— Вот тебе и КБ Бриз!
Славка посмотрел на меня и прошептал:
— А ты думал они вентиляторы для овощехранилищ разрабатывают?

* * *

— Ну и что мы теперь будем делать?
— Пойдем и узнаем правду, что они там наразрабатывали — сказал Слава, пряча коробку и направляясь в сторону перекрестка.
— Куда пойдем?
— Куда, куда…,- передразнил меня Славка – в библиотеку пойдем, в школьную, возьмем там книгу “Секретные процессоры России, пособие для второго класса”.

Потом он подумал и добавил:
— В общем, мы пойдем в БИБЛИОТЕКУ, только в ДРУГУЮ…

Я понял, что больше от Славки ничего не добиться. Решив, что скоро все и так разрешится, я пошел за ним вдоль переулка. Подойдя к перекрестку, мы столкнулись с Епифановой.
— Мальчики, вы куда убежали, я Вас ищу, ищу. Я все сделала, как вы сказали. Целоваться то когда будем?

Епифанова стояла в тонком плаще на ветру и дрожала от холода. Славка, подошел, быстро чмокнул ее в щеку и сказал:
— Все, Епифанова, свободна, топай домой, а то простудишься…
— Это что, все? Не-ет. Я хочу по настоящему…

Славка махнул рукой, и пошел дальше, за ним следом пошел я, а за мной короткими шажками семенила Епифанова.
— Епифанова, ты теплее одеться не могла? – не выдержал я. – У тебя дома в шкафу есть что-нибудь подлиннее? Хотя бы на пять сантиметров?
Епифанова только шмыгала носом и упорно шла вслед за нами в сторону… Хотя я не могу сказать в какую сторону мы шли, потому что это знал только Славка.

* * *

Мы вышли из районов с новыми девятиэтажками, потом прошли пятиэтажки, потом долго шли по закоулкам между старыми трехэтажными домами. Потом начались свалки, пустыри, гаражи, котельные и старые разрушенные цеха. За себя я особо не боялся, потому что в детстве лазил и не по таким трущобам. Я боялся за Епифанову. Та смотрела вокруг огромными, полными страха глазами, но упорно продолжала идти вперед.

Наконец Славка перешел небольшой пустырь и подошел к старому гаражу с ржавыми воротами. Он снял замок и со скрипом открыл дверь. Мы вошли внутрь. Славка щелкнул выключателем и мы зажмурились от яркого света.
— Вот моя БИБЛИОТЕКА! – сказал Славка показывая рукой вокруг.
Вдоль стены стоял верстак со странными приспособлениями. На стене в идеальном порядке висели наборы инструментов разных размеров. Еще я заметил на верстаке лупу, микроскоп и мощную лампу. По всему гаражу были расклеены чертежи, схемы и фотографии. В дальнем углу стоял компьютер, лежали платы для макетирования с кучей разъемов и несколько блоков питания.

* * *

— Ой, мальчики, а это что – туфли чистить? — Епифанова по всей видимости уже немного согрелась и обрела способность говорить.
— Епифанова, ничего не трогай, — Славка бросился к приспособлению, — это шлифовальный станок высокой точности. Кстати он нам и понадобится. Сейчас мы узнаем, откуда наши доблестные ученые своровали архитектуру – у Intel или у Motorola.

С этими словами Славка закрепил процессор в держателе и включил станок.
Пока станок работал, я продолжал осматривать гараж. Ну Славка и партизан. Сколько мы знакомы, а он ничего мне про это место не говорил. Теперь понятно, откуда он все знает. Из книжек таких знаний не получишь.

— Ага, вот и посмотрим, — Славка положил процессор с сошлифованным корпусом под микроскоп, — Вот это, похоже, медная шина питания, только она какая странная, извилинами по всему процессору проходит – никогда такого не видел…
Озадаченный взломщик процессоров перестал смотреть в микроскоп и в задумчивости стал раскачиваться на стуле. Я тоже посмотрел в микроскоп.

— Ой, а можно мне, — Епифанова подскочила к столу и заглянула в окуляр, — Так это же речка!
— Какая речка?
— Да наша же речка, Северная, которая через наш город протекает.
— Ты, Епифанова, соображай головой, какая речка? Это процессор. Вычислительное устройство. Шевелишь извилинами?
— Что я нашей речки не знаю? – обиженно сказала Епифанова. У меня на карте города, она нарисована – один в один! Кстати, она у меня с собой, могу вам показать, если не верите.

— На карте?!?? Епифанова, зачем тебе карта?
— Ну как зачем… — смущенно промямлила Епифанова, — там у меня магазины обозначены, шмотки там, косметика.
— А что так не запомнить?
— Знаете их сколько, разве все упомнишь. А когда что-нибудь покупаешь, кофточку например, нужно все-все пройти. Вот бывает…
— Ладно, Епифанова, кончай ерунду молоть, давай свою карту.

Епифанова достала из внутреннего плаща аккуратно сложенную карту и развернула ее на столе. Это была обычная туристическая карта нашего города. На карте в разных местах от руки были обозначены точки, соединенные разноцветными ломаными линиями. В некоторых местах были непонятные надписи типа “Гр3.Спг.45. Ц30%”. В некоторых местах были и вовсе иероглифы.

Славка посмотрел на карту, а потом с удивлением посмотрел на Епифанову и неожиданно, даже для меня, сказал:
— А ты Епифанова… ты Катюха, молодец… Чувствуется системный подход. Развиваться тебе надо. Математику учить. Физику… Глядишь, толк и получится.

А я слушал их краем уха, потому что во все глаза смотрел на карту и удивлялся. А удивлялся я тому, что Епифанова была права. То, что я видел в микроскопе, почти точно соответствовало тому, что я видел на карте города. Причем, совпадала не только река, но и все, что было вокруг. Улицы, дома…

Славка тоже, похоже, понял. Потому что перестал поучать Епифанову и с криком «елки-палки» бросился к микроскопу. Донеслось бормотание. Научные термины перемешивались с междометиями, а то и с просто ругательствами. Через некоторое время он приобрел способность нормально говорить.

— Они не слизали архитектуру у Intel, или Motorola. Они слизали ее… у нашего города!
— А это вообще – возможно?
— А почему нет? – Славка похоже загорелся идеей, — та же двухмерная топология. Те же элементы. Коммуникации. Соединения. Транспортные магистрали. Это же… Все проверено столетиями… Вот например река. Вода из нее поступает в каждую квартиру. Также и в процессоре. Питание по медной шине должно подводиться к каждой ячейке. Все аналогично…

— Медные реки, — внезапно для себя пробормотал я…

— Что ты сказал?
— Медные реки…
— Да, верно, медные реки, кремниевые квартиры, 64-битные улицы.
— А насколько оптимальна такая архитектура? – спросил я Славку.
— Знаешь, я тут внезапно вспомнил историю про одного академика. Он перед тем, как асфальтировать дорожки в Академгородке, просто позволил людям протоптать тропинки. А потом прямо по ним положил асфальт. Так вот, полученная таким образом схема дорог, оказалась гораздо проще и удобнее всех проектов предложенных дипломированными архитекторами.

— Это же гениально, — продолжал Славка. Вот это умы у нас в лабораториях! Фактически мы все принимали участие в создании этого процессора, а также все, кто жил в этом городе раньше, строил улицы, прокладывал трассы, да даже кто просто срезал свой путь по газону, несмотря на табличку «По газонам не ходить». И я думаю, что процесс продолжается. Ведь строятся новые районы, улицы, дома…

* * *

— М-да, — только и сказал я.
— Да мы с таким процессором, будем первыми в мире! Время бомб прошло. Теперь побеждают те страны, у которых мощнее процессоры… — внезапно Славка осекся, — Нужно, чтобы об этом никто не узнал. Если мы проболтаемся – Родина погибнет…

— Мальчики, вы тут про меня не забыли? — Епифанова сидела на стуле, положив ногу на ногу, — Ты мне, Егоров, что обещал, когда звал якобы «на свидание»? Так вот, учтите, если меня немедленно кто-нибудь не поцелует, я всей школе расскажу, что у вас тут за «свидания» происходят.

Слава подошел ко мне и вполголоса сказал:
— Давай, Толя…
— А почему, я?
— Потому что так надо, – он кивнул на Епифанову, — Не видишь, Родина в опасности!
— Ну, если Родина…,

* * *

Когда я вернулся домой, то первым делом включил телевизор.

Щелк… Местный канал.

— Сейчас мы поговорим с директором КБ Бриз Алексеем Алексеевичем Соболевым. Дело в том, что он уже три года совмещает свою должность с должностью главного архитектора города. Как Вам это удается и хватает ли у Вас на это времени?
— Вы знаете, такая практика существует во многих городах, не только у нас. Главное чтобы это шло на пользу самому городу, и его жителям…

Щелк… Канал Россия.

…Сегодня состоялся фестиваль «Города России». Представители из всех субъектов федераций приехали в Москву…

Щелк… Канал Наука

…Пресс-центр Российской Академии Наук заявил о том, что через два месяца состоится запуск российского суперкомпьютера на базе процессоров «Орион». Общее количество процессоров – 158. Перед специалистами стоит вопрос: смогут ли процессоры работая совместно показать ту же производительность, что по отдельности…

Щелк… Щелк… Щелк…

Я выключил телевизор, почистил зубы и лег в кровать. Я впервые подумал о том, что те, кто изобрел логарифмическую линейку и штангенциркуль, наверное, были гораздо умнее меня. Я думал о том, что процессоры в суперкомпьютере обязательно заработают вместе, и даже точно знал почему. Я думал о том, что не бывает дурацких новостей. Просто мы многого не знаем.

А еще у меня из головы никак не лезла настырная дура Епифанова.