Утонувшая антиутопия: как Атлантида превратилась в самую знаменитую вымышленную страну

Из древнегреческой литературы через националистов и оккультистов в современную поп-культуру.

Сейчас практически невозможно встретить человека, ничего не слышавшего об Атлантиде. Легенда об этом утонувшем острове настолько сильно въелась в современную культуру, что её отголоски есть даже в трилогии приквелов «Звёздных войн», которая, на первый взгляд, не имеет вообще ничего общего с древнегреческими легендами.

Рассказываем, как появился миф об Атлантиде и почему он приобрёл такую популярность.

Платон мне друг…

Само название «Атлантида» существовало ещё до Платона — оно упоминалось в «Атлантиаде» греческого историка Гелланика. В сохранившихся отрывках этого произведения, называвшихся «Атлантидой», рассказывалось о потомках титана Атланта — причём его дочери назывались атлантидами. А атлантами в греческой литературе часто называли жителей Атласских гор на севере Африки, никак не связанных с жителями Атлантиды (которых также звали атлантами).

Неизвестно, связана ли «Атлантиада» хоть как-то с утонувшим государством на острове, так что это влияет на обсуждения Атлантиды только версией о том, будто герои Гелланика жили на Крите.

Весь миф об Атлантиде пошёл с двух трактатов в форме диалогов, записанных Платоном: «Тимея» и «Крития». Написал их древнегреческий философ где-то в районе 360 года до н. э. после того, как попытался заставить молодого тирана Сиракуз устроить общество по образу и подобию платоновского идеального государства, описанного им, например, в трактате «Государство».

Причём это части незаконченной трилогии. «Критий» так и не был доделан, а диалог «Гермократ», третью часть, Платон даже и не начинал писать. Возможно, в недостающей части этой трилогии Платон мог бы рассказать об Атлантиде гораздо больше, но есть версия, что уже в начале «Тимея» философ намекал, будто этот диалог бесконечно возобновляется и продолжается, а закончить его невозможно. Хотя некоторые считают, что хотя бы концовка у «Крития» всё же есть — просто не дошла до наших дней.

«Тимей» начинался как рассказ Сократа о его видении идеального государства. В какой-то момент один из его учеников, Критий, кратко рассказал ему общую историю Атлантиды. Тот узнал её у своего девяностолетнего деда, что некогда услышал её от Солона, узнавшего её от египетского жреца в городе Саис.

После этого в «Тимее» об Атлантиде даже не вспоминали. Практически весь остальной диалог Тимей рассуждал о бытие, «возникшем» и «не возникшем». Но уже в «Критии», после рассказа о древнейших Афинах, показана полная предыстория падения Атлантиды.

По словам Крития, давным-давно боги поделили между собой весь мир. Посейдон себе в удел забрал безымянный остров величиной с Ливию (так тогда звали Африку) и Азию. Остров был в длину 540 километров и 360 — в ширину. Раскинулся он где-то за Геркулесовыми столбами, которые сейчас именуют просто Гибралтарским проливом.

Холм посреди острова бог отделил от остальной земли сплошным кольцом воды. Затем кольцо земли вокруг этого рва Нептун отделил ещё одним водным кольцом. Потом он ещё раз повторил такую операцию. Получился островок посреди трёх колец воды и двух — земли.

Там девушка по имени Клейто родила от Посейдона пять раз по двойне братьев-близнецов. Бог даровал во владение каждому сыну по одной части острова. А первому ребёнку Посейдон отдал центр острова и назначил его царём всех этих земель — остальных сыновей он нарёк архонтами и призвал тому подчиниться.

Самого первого правителя звали Атлантом, отсюда пошло название и острова, Атлантида, и моря вокруг него — Атлантического. От Атланта пошла целая династия царей, где власть всегда доставалась старшему ребёнку в семье.

Правители Атлантиды жили праведной жизнью по законам, дарованным самим Посейдоном. И хотя для них важнее всего была дружба, а деньги мало что значили, они скопили баснословные богатства и строили храмы целиком из серебра с золотом.

Сам остров изобиловал плодородными землями, и на нём в избытке находились почти что все известные полезные ископаемые. Там даже бил целебный источник и водились слоны. То, что не могли смастерить в Атлантиде, торговцы легко покупали в других странах.

Но с течением веков законы, унаследованные от богов, потеряли былую силу, и общество Атлантиды развращалось всё сильнее и сильнее. В итоге атланты настолько возгордились, что решили захватить весь мир.

Они поработили все народы в Ливии вплоть до Египта, а в Европе дошли до самой Тиррении (Средней Италии). А затем атланты направили все свои несметные полчища на Грецию.

Афиняне встали во главе эллинов против захватчиков. Но все союзники их предали, так что им пришлось сражаться в одиночку. И всё же в неравной схватке они победили и освободили все народы, покорённые Атлантидой.

Однако внезапно за одни-единственные сутки земля разверзлась — и вся Атлантида разом ушла на морское дно. В то же время погибла и вся армия Афин. Было это примерно в середине X тысячелетия до н.э., если верить датировке Платона.

Возможно, всю эту войну затеял Зевс, захотевший покарать алчную Атлантиду. Но на моменте созванного им собрания богов «Критий» обрывался.

И вот Зевс, бог богов, блюдущий законы, хорошо умея усматривать то, о чём мы говорили, помыслил о славном роде, впавшем в столь жалкую развращённость, и решил наложить на него кару, дабы он, отрезвев от беды, научился благообразию. Поэтому он созвал всех богов в славнейшую из их обителей, утверждённую в средоточии мира, из которой можно лицезреть всё причастное рождению, и обратился к собравшимся с такими словами…

Платон, «Критий»

…но истина дороже

Многое говорит о том, что история об Атлантиде была лишь выдумкой — хотя персонажи диалогов настойчиво подчёркивали, будто всё, что они говорят — сущая правда. Точно так же потом Лукиан в I веке н. э. называл реальностью своё путешествие на Луну.

«Критий» с «Тимеем» вышли в те времена, когда греки вовсю переосмысливали древние мифы. И Платон вообще заявлял, что нужно запретить «вредные» легенды, вроде гомеровских историй, и рассказывать только те, которые воспитывали в гражданах правильную точку зрения на мир. Миф об Атлантиде, судя по всему, был одним из таких сюжетов.

Очень вероятно, что это миф — дело рук Платона. Он конфликтовал с софистами и, в отличие от них, жаждал создать нечто новое. А придумывание нового мифа с нуля — как раз в духе его философии.

Платон наполнил историю Атлантиды кучей идей из произведений своей эпохи. У географов он узнал, что океан — это не какая-то магическая стихия, а просто большой объём воды, в котором можно уместить немало островов и континентов, неизвестных эллинам. Даже место столицы и способ ведения сельского хозяйства на Атлантиде Платон взял из передовых научных трудов. Так что в какой-то степени его можно назвать «отцом научной фантастики».

Платона сложно назвать хорошим источником исторических фактов: в своих произведениях он всегда предельно вольно обращался с историей. Например, нельзя установить дату начала диалога в «Тимее»: участники беседы могли бы собраться поговорить все вместе, только если бы кто-то из них умел оживлять мертвецов или путешествовать во времени.

Платон постоянно ссылался на несуществующие исторические факты. Например, Афины основали только через три тысячи лет после описанной войны с Атлантидой, в которой афиняне якобы победили. Саис младше Афин на две с половиной тысячи лет — и вряд ли египетские жрецы знали столь многое о такой далёкой древности.

Да и описанные Платоном Афины вообще никогда не существовали — они подозрительно походили на платоновский идеал государства, аскетичного и добродетельного, где не было демократии, а вся власть отдавалась лучшим. В общем, Афины воплощали в себе идеи из платоновского диалога «Государство».

Платоновские древние Афины — это скорее противопоставление реальным Афинам тех времён, которые вели постоянную экспансию и нещадно эксплуатировали своих союзников по Афинскому морскому союзу. В том выдуманном древнем государстве даже не было портов, а, следовательно, и флота — что прямо противоположно стремлению исторических афинян к морскому господству в Элладе.

Критика империалистических Афин видится и в описании Атлантиды — там был даже порт, похожий на Пирей, и свой аналог Акрополя. Жители острова занимались так ненавистными Платоном торговлей и стремлением к богатству с властью. Их отход от божественных законов укладывался в платоновскую теорию постепенной деградации власти: сначала государством правят богоподобные цари, а со временем власть переходит к толпе, далёкой от мудрости богов.

Афины в этой истории олицетворяли землю, а её соперница — воду. Атлантида воплощала в себе образ хаотичных титанов, а Афины — невозмутимых олимпийцев. По сути, утопающая в роскоши выродившаяся Атлантида — полный антипод утопическим Афинам в «Тимее». Так что Атлантиду можно назвать антиутопией, противоположностью утопии Платона.

Рассказ об Афинах скуп на детали, тогда как в части про Атлантиду Платон указал даже точные размеры острова. Вполне возможно, что столь подробное описание Атлантиды — пародия на труды Геродота. Тем более, что такая лексика, уподобленная текстам «отца истории», больше нигде в произведениях Платона не встречается.

К тому же в противостоянии Афин и громадной империи получается увидеть описанные Геродотом греко-персидские войны. Просто Платон сильно модифицировал схему этой истории и заменил Персию на Атлантиду для подтверждения своей идеологии.

Есть мнение, что Платон вообще намекал на ложность всей истории Атлантиды. Дед Крития рассказал тому про Атлантиду во время праздника Куреотис, где юноши проходили обряд инициации, чтобы вступить в свои гражданские права. А вся история войны Афин и Атлантиды — отражение представлений Платона о том, как нужно воспользоваться этими правами.

Даже если предположить, будто в «Критии» с «Тимеем» точно есть некоторое зерно правды про таинственный богатый затонувший остров, то оно погребено под таким слоем платоновской выдумки, что его практически невозможно найти.

Платон писал, что эта история пошла от египтян — но у них пока нигде не встречалось ничего подобного. Да и греки до Платона, судя по известным нам текстам, никогда не писали об Атлантиде. Следов каких-либо высокоразвитых цивилизаций за десять тысяч лет до нашей эры на территориях, которые якобы захватила Атлантида, пока не нашли. А такой гигантский остров просто не мог существовать двенадцать тысяч лет назад между Америкой и Европой.

Если представить, что вся история об Атлантиде — метафоричное описание событий прошлого, то её получается трактовать почти как угодно.

Одна из самых правдоподобных версий: Атлантида — поэтически увеличенный Крит. Ещё за столетия до рождения Платона критская цивилизация процветала настолько, что даже во время римских императоров многие достижения той эпохи считали чем-то сказочным. Из-за ряда кризисов эта культура пришла в упадок. Одним из бедствий было извержение санторинского вулкана в XVII веке до н. э., вызвавшего в том числе и гигантское цунами.

Есть версия, что это одно из воплощений давнего мифа о всемирном потопе, связанного с каким-то давним региональным катаклизмом.

А так куда только не помещают Атлантиду — даже в Антарктиду или Анды. Но от этого всё равно не прибавляется доказательств у тех, кто продолжает верить в исчезнувшее государство. Впрочем, и Трою долго считали выдумкой — а в XIX веке её всё-таки нашли. Только в пользу существования последней говорило куда больше аргументов.

Интереснее понять, с чего вдруг вопрос о реальности Атлантиды заботит не только кучку историков, но и огромное число обывателей.

От современников Платона к мистикам XX века

Реакция греческих и римских авторов на «Крития» с «Тимеем» была неоднозначной. По словам Страбона, даже в платоновской академии при жизни самого Платона на эту тему шли ожесточённые споры.

Аристотель писал: «[Сам же] создатель и заставил её исчезнуть». Вероятнее всего, он так говорил про Платона, а не Посейдона. Больше он никогда не упоминал Атлантиду, хотя Аристотель был учеником Платона и писал много про темы, косвенно связанные с мифическим государством: говорил о слонах в Азии и Африке, игнорируя их в Атлантиде; писал о прямом морском пути через Атлантику из Европы в Азию — но ничего не писал о затонувшей Атлантиде в этом море.

Нередко греки прямо писали: Атлантида — лишь аллегория. Тот же Нумений Апамейский заявлял, будто Платон просто пересказывал моисеево познание о боге. А ещё он утверждал, что противостояние антлантов и афинян на самом деле — война двух видов демонов.

Теопомп Хиосский откровенно издевался над сюжетом об Атлантиде в своём диалоге между Мидасом и Силеном, главным сатиром. Последний рассказывал царю о далёкой земле Меропии, где враждовали два города, Махимос и Эвсебий. Первый был агрессором и захватил земли гипербореев, а второй был миролюбив и стоял в землях с превосходной почвой.

Впрочем находилось немало и тех, кто утверждал, что Атлантида вполне реальна. Только тут важно одно уточнение: значительная часть античных авторов была сочинителями, а не исследователями.

Многие из них упоминали об Атлантиде только вскользь. Плиний просто писал о том, что такая история есть. Страбон в полемике с другим автором ссылался на существовании Атлантиды. Аммиан Марцеллин в своём труде о землетрясениях говорил о той катастрофе, что уничтожила Атлантиду. Крантор заявлял, будто он сам специально посетил Саис и там в храме богини Нейт нашёл золотые колонны с историей об Атлантиде.

Плутарх в своём «Жизнеописании Солона» вообще расширил историю о том, как Солон узнал об Атлантиде: якобы, ему о ней в Египте рассказали Псенофис из Гелиополя и Сонхис из Саиса. Правда, Плутарх потом сам себе противоречил и говорил, что они оба были из Саиса. Солон якобы захотел это всё записать — но не успел из-за своего преклонного возраста.

Элиан Клавдий, собиравший анекдоты и биографии, говорил, будто цари и царицы Атлантиды одевались в одежды из неких «морских баранов», чтобы подчеркнуть свою связь с Нептуном.

Ранние христианские богословы упоминали Атлантиду в неожиданном ключе. На примере катастрофы, погубившей это государство, Тертуллиан и Арнобий объясняли всем, что христиане не повинны в каждом бедствии.

Хотя после падения Западной Римской империи тексты «Тимея» с «Критием» сохранились в Византии, на них практически не обращали внимание целые столетия. И если «Тимей» успел оказать некоторое влияние на европейскую философию, то про «Крития» будто все забыли до самого XV века.

В 1485 году философ Марсилио Фичино сделал свою версию перевода «Крития» на латинский. И хотя он сам считал всю эту историю Платона полнейшей аллегорией, существующей только в воображении автора, с этого момента, по сути, начался безумный рост популярности Атлантиды. Всё дело в том, что тогда полным ходом шла эпоха Великих географических открытий, а первооткрыватели жаждали услышать про любые неизвестные для них земли.

Многие учёные отказывались верить в реальность Атлантиды — среди них, к примеру, Хосе де Акоста и Мишель де Монтень. Однако были и такие, кто, вдохновлённые открытием Нового Света, называли россказни Платона правдой.

Афанасий Кирхер воспринял историю Платона как полнейшую истину. Бартоломео де Лас Касас заявлял, что Атлантида могла утонуть не вся. Гийом де Постель указывал, что туземное название Мексики, Ацтлана, похоже на Атлантиду. Франсиско Лопес де Гомара также говорил, что Америка — это и есть Атлантида, ведь местные даже называли воду словом «атл». Пьер-Даниэль Юэ утверждал, что мексиканцы — наследники антлантов. А Клод Оливье вообще прямо писал, что Солон разговаривал с египетским жрецом о судьбе мексиканских евреев. Янус Джоаннес Бирчерод на тему отождествления Атлантиды и Америки даже изрёк: «Orbe novo non novo» («Новый мир не новый»).

Атлантиду использовали и как часть авторских сочинений. К примеру, Фрэнсис Бэкон указывал, что придуманный им утопический остров Бенсалем — часть Атлантиды.

Когда популяризировали миф об Атлантиде, перед христианскими учёными встали несколько интересных проблем. Главная из них: если Атлантида действительно существовала, то откуда в ней взялись люди? Согласно Библии, Адам был сотворён Богом только в 3760 году до н. э., тогда как Платон утверждал, что Атлантида воевала с Афинами за десять тысяч лет до н.э.

В итоге споры об Атлантиде превратились в одну из причин, почему в XVII веке движение христиан-преадамитов, утверждавших, что не все люди произошли от Адама и Евы, так быстро достигло больших успехов. Ну а до этого богословы просто предполагали, что Платон ошибся в расчётах времён существования Атлантиды.

Но проблем с размещением Атлантиды в христианской космологии хватало и без Адама. Непонятно было, как после Великого Потопа там появились люди. На это нашёлся остроумный ответ, который долго цитировал чуть ли не каждый, кто верил в Атлантиду: атланты — это то самое потерянное десятое колено Израиля, то есть потомки двенадцати сыновей Иакова, образовавшие израильский народ.

Частично благодаря этому христианским миссионерам удалось практически остановить геноцид коренных американцев в Латинской Америке: раз уж индейцы — потомки евреев, то негоже планомерно истреблять тех, кто верит в того же бога.

Дошло до того, что Жак-Жюлиан Бонно на полном серьёзе писал: «Этот пассаж из Платона был лишь искажением слов Моисея. […] Эта Атлантида никогда не существовала, и, в сущности, вся сводится к ряженой Иудее».

Хотя с точки зрения Платона Атлантида — антиутопия, в эпоху Великих географических открытий акцент публики сместился на сказочные богатства, столь нелюбимые Платоном. А так как теперь Атлантида считалась древним великим государством, то великим мира сего не зазорно было вести свою родословную с царей атлантов.

Фламандец Йоханнеса Бекануса объявлял, будто древний испанский город Тартесс в античности был тем самым ветхозаветным Фарсисом, богатым серебром. А ещё он был столицей Атлантиды, основанной внуками Иафета, сына Ноя. Так что Испанская империя могла именовать себя наследницей Атлантиды и претендовать на все те земли, которыми некогда владели атланты.

Следующей страной, которую объявили Атлантидой, была, внезапно, Швеция. Учёный Улоф Рудбек в XVII веке заявлял, что при помощи «Эдды», книги скандинавских сказаний, он нашёл возле Упсалы руины столицы Атлантиды. А потом Рудбек и вовсе пришёл к одному громкому выводу: Швеция — колыбель человечества. Его труды по атлантологии вызвали широчайший отклик среди шведов. Рудбекианцы существовали вплоть до XX века.

С тех пор у националистов многих европейских государств пошла мода объявлять свою родину той самой Атлантидой. Граф Джан Ринальдо Карли поместил Атлантиду в Италию — причём у него она соединялась в ту далёкую эпоху и с Грецией, и с Америкой. Поэт Уильям Блейк смешивал мифы об Альбионе с Атлантидой. До России такой тренд дошёл только к концу XIX века, когда на русских землях начали искать одновременно и Гиперборею, и Атлантиду.

Атлантидой называли любые крупные острова Европы: Крит, Сардинию, Ирландию, Исландию. Делиль де Саль вообще поместил родину атлантов на Кавказ. В других океанах исследователи упорно пытались найти аналоги Атлантиды: в Северном ледовитом — Гиперборею, в Индийском — Лемурию, в Тихом — Му.

Зачем все эти попытки? Так люди просто пытались найти место человека в мироустройстве, пусть и путём объединения истории своего народа с библейскими сюжетами через миф об Атлантиде.

И хотя число тех, кто не верил в историю из «Крития», потихоньку росло, в XIX веке поиске Атлантиды приобрели ещё большую популярность. А всё благодаря тому, что в 1882 году историк-любитель Игнатиус Доннелли написал книгу «Атлантида: мир до потопа». Она, по меркам своего времени, стала настоящим бестселлером: за восемь лет её переиздали 23 раза.

Доннелли утверждал, что Атлантида действительно существовала в виде отдельного материка, жители которого даже обрабатывали железо, когда весь остальной мир всё ещё не знал, как работать с медью. Атланты якобы привнесли цивилизацию сперва на побережье Атлантики — а потом дотянулись и до Индии с Китаем. По мнению Доннелли, история о мировом потопе появилась из-за затопления Атлантиды, а все мифы о богах — искажённые воспоминания о правителях атлантов.

С исторической точки зрения, работа Игнатиуса Доннелли — полнейший бред. И хотя он работал со многими источниками, брал Доннели из них только те факты, которые не противоречили его воззрениям. Но для огромного числа людей именно его книга сформировала видение Атлантиды. С тех пор укоренился миф о том, что Атлантида была колыбелью цивилизации с высочайшим уровнем развития.

Свою лепту в то, как мы сейчас воспринимаем миф об Атлантиде, внёс ещё и оккультизм XIX века, переживавший тогда свой рассвет. Среди эзотериков того времени особенно много про Атлантиду писала Елена Блаватская. От неё пошли убеждения в паранормальных способностях атлантов.

В своей «Тайной доктрине» она смешала кучу всевозможных мифов с научными и паранаучными трудами — и в итоге получила нечто, больше похожее на хаотичную фэнтезийную вселенную. Там было несколько рас со сверхъестественными способностями, сменявших друг друга на протяжении миллионов лет, а помимо Атлантиды в её мифологии нашлось место и Гиперборее с Лемурией.

По Блаватской атланты были четвёртой расой людей ростом 7-10 метров, которые балансировали между физическим и духовным миром, а также мгновенно узнавали обо всём на свете. Атланты утонули со своим материком где-то 850 000 или 700 000 лет тому назад из-за междоусобной войны, которую вели своими психическими и сверхъестественными способностями. Но зато они успели породить монголоидов и египтян.

В итоге в начале XX века шла самая настоящая истерия по поводу поисков Атлантиды. Например, сверхпопулярный мистик и медиум Эдгар Кейси при помощи своих экстрасенсорных способностей предрекал, что в 1969 году Атлантиду всё же найдут — и многие ему верили.

Общество Туле верило в то, что арийцы, предки немцев, произошли из Атлантиды. Потом нацистские оккультисты так оправдывали истории о том, что арийцы — высшая раса, достойная захватить весь мир. По их мнению, Атлантида находилась где-то в районе острова Гельголанд в Северном море.

Только с 60-х миф об Атлантиде несколько отпустил западную культуру. Исследования геологов доказали, что не мог в один миг затонуть целый огромный остров в таком недавнем прошлом Земли. Новых доказательств существования Атлантиды так и не появилось, а слова античных авторов потеряли былой авторитет.

Но всё равно по телевидению об Атлантиде до сих пор регулярно вспоминают, а об этом острове знает каждый взрослый европеец или американец.

Атлантида и поп-культура

Такая популярность мифа об Атлантиде не могла не повлиять на современную культуру.

Одним из первых сугубо художественных произведений, где встречалась Атлантида, был роман «Двадцать тысяч лье под водой» Жюля Верна. Правда, там древнее государство было показано только в виде подводных руин, по которым главные герои прошлись в водолазных костюмах.

С тех пор и на долгое время дошедшие до наших дней остатки Атлантиды и её колоний превратилась в один из традиционных сеттингов, куда можно было бы переместить приключения авантюристов и охотников за сокровищами. Из похожих мест можно вспомнить Эльдорадо и Шамбалу.

Тарзан у Берроуза навещал колонию атлантов. В «Маракотове бездне» Артура Конан Дойла профессор с двумя спутниками исследовал общество тех людей, что жили в подводных пещерах в затонувшей Атлантиде. Герои «Аэлиты» Алексея Толстого посещали Марс, населённый потомками атлантов.

Неудивительно, что Disney в начале 2000-х в своём мультфильме сделала из Атлантиды древние подводные руины высокоразвитой цивилизации, населённые туземцами-потомками великих атлантов. И сюжет рассказывал про приключения авантюристов в 30-х годах прошлого века. Получилось собрание вообще всех самых распространенных элементов истории об Атлантиде.

Ещё один расхожий способ изобразить Атлантиду — показать её цивилизацией с технологиями, превосходящими всё, что нам сейчас известно, которая изначально жила на дне океана. Такой мы её видим, например, в комиксах про Аквамена.

Но Атлантида повлияла на поп-культуру не только тем, что в её декорациях может искать приключения кто-то вроде Индианы Джонса. Именно растиражированный миф о ней заложил в головы многих писателей образ погибшей могущественной цивилизации.

Ярче всего это видно в работах Джона Р.Р. Толкина. Хотя он жил исследованием европейской мифологии, но сильнее всего его преследовала именно легенда об Атлантиде. Из-за этого он придумал похожий на Атлантиду остров Нуменор, расположенный между Средиземьем и Валинором, землёй местных богов-валар.

Н. (Нуменор — DTF) — это моя личная переделка мифа об Атлантиде и/или традиции, и попытка согласовать его с моей общей мифологией. Из всех мифических или «архетипических» образов этот наиболее глубоко укоренён в моём воображении; на протяжении многих лет мне снился вновь и вновь повторяющийся сон про Атлантиду: громадная, неотвратимая волна надвигалась из Моря или накатывала на землю, порой погружённую во тьму, порою зелёную и солнечную.

Джон Р.Р. Толкин в письме к Дику Плотцу, 12 сентября 1965 год

Валар подняли остров Нуменор со дна морского, чтобы отблагодарить тех людей, что поднялись на борьбу с тёмным властелином Морготом. Вскоре нуменорцы создали процветающее королевство, в котором люди жили намного дольше обычных смертных. Они достигли небывалых успехов в ремёслах и даже колонизировали многие районы Средиземья.

Однако со временем нуменорцы всё сильнее превращались в высокомерных гордецов, отчего Саурон сумел извратить их помыслы. Всё закончилось тем, что нуменорцы отправили флот на войну с валар — но те разом утопили и его, и весь Нуменор.

Да, эта история довольно сильно отошла от платоновской истории о падении Атлантиды. Но в ней достаточно схожих элементов, чтобы нельзя было не заметить сходство.

Самое главное, сюжет о Нуменоре несёт в себе идею высокоразвитой цивилизации из далёкого прошлого, которая настолько погрязла в своих грехах, что вмиг себя уничтожила. Скорее всего, этот сюжет преследовал Толкина из-за пережитого им опыта Первой мировой. В ту пору часто можно было услышать, что западная цивилизация сильно развилась технических и настолько погрязла в пороках, что может враз уничтожить себя.

Похожими концепциями полнятся всевозможные фэнтезийные и фантастические произведения. Взять к примеру «Звёздные войны».

События оригинальной трилогии развивались где-то на задворках галактики, заполненных всевозможным сбродом, живущим в обветшалых поселениях. Самый цивилизованный показанный город, облачная колония на Беспине, казался чем-то крохотным и оторванным от всего остального мира.

В то же время трилогия приквелов показывала совершенно иную картину. Значительная часть сюжета развивалась в столице Галактической Республики, монументальной и величавой. Многих фанатов даже беспокоило то, насколько мир за пару десятков лет до оригинальной трилогии показан чистым и аккуратным. Порой кажется, будто он ещё и технически более продвинутый.

В этом можно увидеть отголоски мифа об Атлантиде. Галактическая Республика показана великой цивилизацией прошлого, которая одномоментно рухнула под тяжестью своих проблем — прямо как многие видели Атлантиду в последние полтора столетия.

Возможно, это решение продиктовано исключительно новыми технологиями и возросшим бюджетом. Но зная, насколько Атлантида въелась в нашу культуру, отметать параллели всё же не стоит.

Миф об Атлантиде прошёл гигантский путь: от платоновской аллегорической антиутопии до мифа об Америке, населённой евреями. От романтических мечтаний националистов до одного из оправданий геноцида. От паранаучных теорий и оккультизма до сюжета о канувшей в небытие лучшей цивилизации. И кто знает, что ещё из него сделают в будущем.


 

Источник

Читайте также

Меню