Реван. Деконструкция

Реван. Мало какой персонаж, не присутствовавший в саге Джорджа Лукаса, обладает известностью едва ли не большей, чем персонажи фильмов. Тем интереснее, что, не смотря на его знаменитость, многие люди имеют очень предвзятое и часто неверное представление о нём.

А причина этого в том, что у большинства из них знакомство с Реваном ограничивается игрой KOTOR, где мы как раз за него и играем. В итоге наше мнение о Реване формируется во многом не его предысторией, а нашими же выборами в процессе прохождения. Из-за чего сам образ Ревана оказывается под огромным влиянием от нашего же мировоззрения. При этом за скобками остаётся бóльшая часть истории этого крайне необычного персонажа, изучение которой позволяет совсем по-иному взглянуть на него.

Далёкая далёкая-далёкая галактика

Чтобы понять и прочувствовать весь трагизм истории Ревана, нужно понимать бэкграунд, на фоне которого происходило становление героя. В игре нам дают не так много сведений (Bioware тогда ещё не изобрели кодексы) и потому часть сюжета, крайне важная для понимания, ускользает.

Сюжет игры стартует в 3956 году до битвы при Явине (ДБЯ), но череда событий, приведшая к ней, началась задолго до этого. Всего 50 лет назад Республика и орден Джедаев выдержали тяжелейший кризис, вызванный возрождением ордена ситхов. После устроенной Республикой за 1000 лет до этого чистки истинных ситхов все считали, что учение погибло вместе с ними. Но несколько аристократов и джедай Экзар Кун были заинтересованы в расширении своего познания силы, а потому решили изучить тёмную сторону с помощью артефактов ситхов. Так как никто толком не понимал их опасность, то хранились они часто в обычных музеях, а разбросано по галактике их было немало. Преисполнившись знаниями о тёмной стороне, они решили захватить власть в галактике и даже имели шансы преуспеть, если бы не самоотверженность ордена джедаев.

Ситские войны Экзара Куна нанесли огромный ущерб галактике. Но если Республика в основном понесла значительные материальные потери, то вот у джедаев всё было гораздо хуже. И дело даже не в уничтожении ситхами сердца ордена – планеты Оссус, где был расположен главный храм и огромные библиотеки. Урон был куда более глубокий. Экзар Кун своими речами сумел расколоть орден, переманив многих на тёмную сторону. Скорость, с какой его учение распространялось пугала, так же, как и мощь собранной им армии. Джедаи впервые в своей истории осознали, что можно уничтожить ситхов, но их учение, полностью антагонистичное всему, во что верят джедаи, выживет и снова расцветёт, сея смерть.

Да, в сердцах магистров ордена поселилась очень неджедайская эмоция – страх. Именно этот страх заставит после войны с Куном прочесать всю галактику в поиске любых ситских артефактов, которые либо уничтожались, либо складировались в специальных хранилищах для тщательнейшего изучения (привет, Завет). Он же толкнёт джедаев на полную переориентацию в их взаимодействии с галактикой. С одной стороны, после гибели Оссуса Республика убедила орден сделать штаб-квартирой храм на Корусанте, так как, по мнению политиков, это позволило бы взять под более плотный контроль джедаев. Орден уже в те времена виделся очень удобным инструментом поддержания порядка и сотрудничество по этой линии в большинстве случаев отвечало устремлениям джедаев. Но с другой стороны сами джедаи в тот момент поддерживали более тесную интеграцию с Республикой не ради самого процесса сотрудничества, а так как в случае возрождения ордена Ситхов только с помощью Республики можно было победить эту угрозу.

Пока в галактике царил относительный мир, эти внутренние империтивы руководства ордена были никому неизвестны, но стоило Республике ввязаться в войну с мандалорцами, как орден, внезапно, отказал во вмешательстве. У республиканских политиков это вызвало шок, как и у многих членов ордена, но у магистров было чёткое и, как покажет история, во многом правильное видение проблемы: мандолорцы не несли столь сокрушительной угрозы Республике, как ситхи. Если бы орден вмешался в войну, то это могло бы привести к снижению бдительности и падению отдельных членов ордена во тьму, с последующим возрождением ситхов. Стань в тот момент известно, что мандалорцы были пешками Возрождённой империи ситхов, прячущейся в Неизведанных регионах, то орден, естественно, вмешался бы. Но в тот момент угроза возрождения ситхов для джедаев казалась более опасной, чем неистовство мандалорцев. И их сложно винить – многие магистры своими глазами видели, как из ничего родился орден ситхов Экзара Куна.

Путь во тьму

А вот Реван, ставший лицом и лидером движения за присоединение джедаев к битве с мандалорцами, войну Экзара Куна не застал. Он был ребёнком эпохи восстановления и мира, когда тёмная сторона считалась официально окончательно побеждённой, а джедаи тесно сотрудничали с Республикой и декларировали, что защита Республики – это воля силы. И вот, когда Республике потребовалась помощь против мандалорцев, устраивавших натуральные геноциды, орден внезапно кинул её, т.е. пошёл против воли силы. Это увидел не один Реван, но он был единственный, кто бросил вызов в открытую и отказался следовать воле магистров, поведя своих сторонников на войну. Совет джедаев был недоволен, но что он мог сделать? Республика ради вмешательства джедаев в войну готова была на всё, потому Ревану сразу вручили военное звание и включили в армейское командование. Медиаресурсы раскручивали образ патриота Ревана, политики хвалили его, при этом выражая недоумение глупой политикой ордена.

При этом уже в момент вступления реваншистов – так назвали джедаев-сторонников Ревана – в войну, во всю проявились те качества Ревана, которые привели его к падению. Он действительно верил в догмы ордена, он верил, что защита Республики – это способ принести мир в галактику. Но пойдя против ордена, Реван впервые самовольно возложил на себя ответственность за галактику, заявляя, что только реваншисты могут остановить эту войну. Реван поставил себя выше ордена, считая, что его действия направляет сила. А это гордыня. Вмешательство Ревана оказалось действительно решающим. Он показал себя отличным стратегом и тактиком, быстро поднявшись по карьерной лестнице до Верховного командующего вооруженных сил Республики. Но цена этого была огромна.

Мандалорцы были абсолютно прагматичным врагом, не скованные ни общепринятыми нормами морали, ни законами войны, и они могли делать всё, ну или почти всё, что необходимо для победы. Чтобы победить такого врага, нужно было самому стать таким же. Республиканские военные так не могли, связанные по рукам и ногам законами, предписаниями, моралью и политической целесообразностью, а потому были неспособны победить. Джедаи и подавно, но Реван совершенно по-своему понимал долг джедая, считая, что тот должен сделать всё, чтобы спасти Республику. И Реван был готов – он принял правила игры, постепенно отринув всё, что не давало победить, даже если это были впитанные за время бучения в ордене истины. И, что ещё важнее, он сумел убедить своих сторонников в верности своего видения.

Так как над Реваном не стояло никого, а его окружение безоговорочно верило своему лидеру, то некому оказалось указывать Ревану на его ошибки, некому было одёрнуть его или остановить – он сам выбирал свой путь и путь миллионов солдат под его командованием. К концу войны Реван и реваншисты были больше мандалорцами по духу, чем джедаями. При этом в то время, как Реван верил в свою миссию, его сторонники верили в Ревана. Победа в войне и почести, оказанные Республикой, лишь укрепили веру сабжа в верность своих поступков. Комплекс бога и вера в собственную избранность получили мощную подпитку.

Достигнув цели, Реван, вместо того, чтобы остановиться, сразу же нашёл себе новую. От побежденного им лидера мандалорцев он узнал, что война была инспирирована ситхами, скрывающимися где-то в далёком космосе. Вместо того, чтобы уведомить орден и Республику об этом открытии, Реван, уверовавший в собственную миссию по спасению галактики от зла, решил сам разобраться с угрозой. Обнаружив столицу ситхов, он, опять же, не отправился обратно с этой вестью, а решил лично уничтожить императора Вишейта, потому что считал, что только он может это сделать. Он ошибался – гордыня чуть не погубила Ревана, но Вишейт спас его и не стал добивать неудавшихся ассасинов, вместо этого решив сделать их своими марионетками. Реван и его ученик Малак быстро сломались и окончательно пали во тьму.

Стоит понимать, что тёмная сторона и учение ситхов не делает тебя априори кровавым мясником и абсолютным злодеем. Тёмная сторона лишь срывает ограничители и позволяет выйти наружу до этого подавляемым желаниям, подпитывая их и, в случае слабых духом, раздувая до невообразимых размеров. В случае с Малаком, как и многими другими ситхами, таким желанием была простая власть и подчинение слабых. Но вот у Ревана мотивация всегда была более сложной. Вероятно, император разглядел в Реване комплекс бога, но то ли не понял, то ли не придал внимания тому, что он был накрепко связан с жесточайшим желанием быть спасителем. А спасать ситхов было не нужно – это от них следовало спасти галактику.

Приняв титул Дарта из рук Императора Вишейта, Реван не изменил своей внутренней цели – он наоборот ещё больше в ней укрепился. При этом, как и в случае с мандалорцами, он понимал, что спасти Республику от ситхов могут… только ситхи. Один раз зеркальная логика сработала – значит она работает всегда.

В тот момент, когда Реван отправился на поиски Звёздной Кузни, Республика была обречена. Да, Реван не вёл войну на уничтожение против Республики, но и спасать её в том виде, в каком она была, он смысла не видел. Масштабная агитация и пропаганда была направлена на всех жителей галактического государства, и её краеугольным камнем была слабость и неспособность защитить собственных граждан. И это работало. Реван опять прагматично поставил на службу себе учение ситхов, направляя мощь тёмной стороны только на те цели, которые вели к победе в войне. Ревану нужны были ресурсы для войны с ситхами Вишейта – он их получал, ему нужны были живые и нетронутые экономически развитые планеты – их Реван не трогал, чтобы потом забрать себе. Оставлять после себя пепелище он не намеревался, но и Республику такой, какой мы её знаем – тоже. Она должна была либо стать сильнее, избавившись от слабостей, либо пасть под власть Ревана и быть им перестроена по своему желанию.

Но пока Реван купался в чувстве собственного величия и строил планы на планы, он проглядел угрозу подле себя – Малака, который воспользовался атакой джедаев на Ревана и решил избавиться от учителя. Опять же, причиной такой слепоты была феноменальная гордыня, заставлявшая верить, что Ревану ничего не угрожает и он может всё. В отличии от Ревана, Малак как раз-таки был не прагматиком, а мясником, готовым творить ничем не мотивированную дичь ради, как ему казалось, военной необходимости. Он не помнил об угрозе истинных ситхов, так как Реван очистил ему память о встрече с императором, видимо, чтобы Малак не мог за спиной договориться с Вишейтом. А потому единственной целью Малака было удержать власть, любой ценой – хоть гибелью триллионов, лишь бы сработало. Т.е. Реван потерпел неудачу и создал для Республики в лице Малака проблему едва ли не большую, чем та, с которой он собирался бороться.

Дальше начинается сюжет KOTOR и путь искупления. Пересказывать его я не буду, но укажу на одну закономерность. Тут перед Реваном снова стояла цель спасти Республику, но, в отличии от всей предыдущей истории, он действовал не сам, а по приказу ордена, довольно четко поставленному: найти Кузницу, навести на неё флот и уничтожить. И, внезапно, в этом случае у Ревана всё получилось в лучшем виде. Потому что его комплекс бога и опухший ЧСВ не находили выхода, так как параметры миссии определял не он.

Реван – радикальный центрист

Но после окончания сюжета игры Реван снова вернулся на круги своя. Во-первых, снова преисполнившись ЧСВ от победы над ситхами, он стал считать себя радикальным центристом, так как побывал на обеих сторонах силы и теперь знает, как использовать их обе, не получая дебафов. Во-вторых, в попытках вспомнить о том, что же за угрозу он обнаружил за пределами Республики, он начал поиски, которые привели его снова в пространство ситхов. Естественно, что в столь судьбоносное путешествие он никого толком не взял, никакого отчёта, куда он направляется, не посылал и вообще считал, что сам с усам. Т.е. старый добрый Реван времён мандалорки вернулся со снова опухшим ЧСВ и поднявшим голову комплексом бога.

Далее с ним случилась почти идентичная история с его первым посещением Империи. Только на этот раз его поймала один из членов Тёмного совета при императоре. Выяснилось, что, хотя официальной идеологией Империи было осуществление мести джедаям и Республике, многие из лидеров, но, естественно, кроме самого Вишейта, войны не хотел, так как боялись, что это снова приведёт к геноциду ситхов. Поэтому, как только Ревану удалось освободиться, он вместо того, чтобы рвануть в Республику решает… убить Императора. Ну логично же, если не он, то кто? В итоге Реван опять проигрывает, и его радикальный центризм никак ему не помогает, при этом своим проигрышем он запускает цепочку процессов, которая приведёт к ускорению планов императора по атаке на Республику.Изначально Вишейт, сумевший стать немножечко бессмертным и заигравшийся в это, планировал пару тысяч лет копить силы, а потом кааак ударить. Но Реван своими действиями кроме того, что дал понять, что если Империю нашли два раза, то найдут и третий, а значит бить надо как можно скорее, так ещё и невольно спалил, что в империи так-то мало кто хочет воевать всерьёз. Император провёл чисточки, подобрал ультрамилитаристов в правительство и начал всерьёз готовить вторжение, которое закончится почти полным успехом. Т.е. Реван опять возомнил себя богом и сделал своей обожаемой Республике этим только хуже.

Но вы же знаете, что если кто-то дважды наступил на грабли, то наступит и третий раз? Реван как раз из таких. Император в очередной раз оставил Ревана в живых, но на этот раз его запер в стазис-камеру и использовал как живой банк данных по Республике, шарясь по уголкам его памяти. Так как канал был двунаправленный, то Реван с его слов постоянно пытался отсрочить нападение на Республику, чем позже хвастался. Хотя чего уж там – ускорил нападение на 700 лет, а потом задержал на едва ли пару десятков. Герой. Необучаемый.

Когда война-таки разразится, она унесёт триллионы жизней, которые во многом будут на совести Ревана. Уже после Корусантского перемирия республиканцы случайно узнают о тайной тюрьме, где содержится некий ценный пленник. Этим пленником был Реван, давно исчерпавший полезность, но бывший ценным трофеем. После освобождения Реван поблагодарит героев, похвастается своей самоотверженной борьбой с ситхами на протяжении столетий, поделится знаниями об Императоре, но помочь в бою откажется, так как У НЕГО ЕСТЬ ПЛАН. На этом месте джедаи должны были скрутить бесноватого и отправить в ближайшую дурку. Хотя ну разве могло стать хуже?

ДА! Реван после 300 лет раздумий пришёл к совершенно логичному выводу, что корень зла – это не собственно адепты тёмной стороны, а чистокровные ситхи, которые раса краснокожих гуманоидов. Якобы они и служили источником силы Империи. Видимо факт, что значительная часть ситхов-форсъюзеров были людьми, как-то ускользнул от Ревана, зато радикальный центрист сразу же решил утроить окончательное решение вопроса чистокровных ситхов – их массовое и почти единовременное убийство. Даааааа. ГЕНОЦИД!!!!! Это так… круто!

Итогом этого без сомнения гениального плана стал снова проигрыш и… помешательство. Реван, проиграв в очередной раз, словил шизу: его сознание разделилось – светлая его часть отправилась в астрал, а тёмная захватила контроль над телом и решила… что только «тёмный Реван» может остановить императора, опять. Да, Реван знал, что у импи было несколько способов сохранить себе жизнь: неугомонный дед разделил своё сознание и создал несколько бэкапов в разных телах. Как раз в это время тело, именовавшее себя Вишейтом, убила ударная группа джедаев. Но «тёмный Реван» знал, что дух Вишейта жив и его надо убить. Но Республика и Империя, которая теперь управлялась членами Тёмного совета, мешали Ревану, и потому он решил их обе победить, усилив их конфликт и потом ударив по обеим сторонам одновременно.Что характерно, устроенная Реваном бойня позволила агентам Императора провести ритуал по разархивации бэкапа разума Вишейта. К сожалению, в игре SWTOR, где происходили эти события, не объясняется случайно ли Реван сделал всё, чтобы воскресить Императора, или всё таки он был запрограммирован на такое в бытность пленником. Но по итогу вышло, что Реван опять сделал только хуже.

В конце пути собственной истории Реван, снова единый, в виде духа помог советами окончательно уничтожить императора Вишейта. Но вряд ли это можно считать искуплением.

Что же мы имеем в итоге? То, что Реван раз за разом наступал на одни и те же грабли, взваливая на себя единолично миссию по спасению Республики или галактики от зла. Каждый раз попытки спасения, когда Реван сам выбирал методы, оканчивались лишь ухудшением ситуации. И лишь дважды, когда он был либо ведомым, либо всего лишь советником, его ждал успех. И это, наверное, величайшая трагедия этого героя – он хотел как лучше, действительно хотел, но получалось только хуже. На руках Ревана кровь триллионов, он то неявное зло, что неумолимо своими действиями лишь умножало зло, при этом выступая как бы на стороне добра. Он был героем для Республики за победу над Малаком, но если бы джедаи и Республика понимали суть Ревана, то его имя должно было бы быть предано проклятью. Ибо с такими союзниками не надо иметь врагов.

#May_the4th

 

Источник

Читайте также

Меню