Политика у шимпанзе. Власть и секс у приматов

Книга о том, как стать альфа-самцом. Здесь небольшая выжимка текста.

Вступление

«Политика у шимпанзе» была написала с прицелом на широкую аудиторию, однако она нашла путь также и в учебные классы, и к бизнес-консультантам, и даже попала в список литературы, рекомендуемый конгрессменам на первом году их работы.

Франс де Валь почти все семидесятые вместе с группой других ученых занимался наблюдениями за шимпанзе в зоопарке. Это был один из первых зоопарков, где обезьян содержали на некотором отдалении от посетителей, при этом давали им (обезьянам) большое пространство для личной жизни и социальных взаимодействий.

Таковая попытка была второй — первая провалилась в шестидесятых, так как изначально смотрители кормили мартуханов всех вместе, что спровоцировало войны за еду и комьюнити у приматов вышло крайне нервное, в общем предприятие разогнали. На второй попытке этой ошибки избежали — по ночам обезьян запирали в раздельные клетки и там раздельно кормили (в дикой природе мартышки тоже не получают еду все разом в одном месте). Одна из первых вещей удививших исследователей — основные конфликты случались именно из-за еды, а не из-за самок. Даже в ситуации, когда еды в целом достаточно, очевидно в зоопарке животных впроголодь не держали.

Книге предшествовал набор исследований за мартышками в естественной среде, которые устраивали другие ученые, и в целом автор соотносит свои выводы с коллегами. У каждого из форматов есть свои достоинства и недостатки. К примеру за обезьянами в зоопарке делали полномасштабные круглосуточные наблюдения, годами фиксируя все их социальные связи, характер интеракций и получая подробные графики и схемы динамики отношений в социуме (небольшом — 20+ обезьян, но в принципе соответствующем кое какой стае). В дикой природе очевидно ничего такого устроить нельзя.

Самое интересное в книге это середина, которая описывает смену и перераспределение власти в стае. Начало и конец скорее проходятся по отдельным деталям.

Например в вступление автор описывает единственный побег обезьян — они получили слишком длинные ветки и использовали их как лестницы, чтобы перелезть через ограждения. Сделали они это все разом все вместе причем в разных местах стены. Далее беглецы добрались до ближайшего кафе, стащили там фруктов и вернулись назад в свой вольер. Живая иллюстрация как бы выглядел мультфильм «Мадагаскар» если бы был в реальности.

Проблема с шимпанзе в зоопарке в том, что они слишком хорошо осведомлены о своей силе, превосходящей человеческую.»

Контринтуитивно — домашние животные в среднем значительно опаснее диких, тупо потому что знают что такое человек и на что он способен. Самые опасные животные это очевидно уличные, то есть, сюрприз-сюрприз, ровно те с которыми мы чаще всего встречаемся.

Интересно что отрицательное движение головой, когда обезьяна говорит «нет», было выявлено и в дикой природе. То есть это естественный инстинкт, дошедший и до человека из каких-то чудовищных глубин.

Предыстория

Идея о том, что лидером становится самый крупный и агрессивный — потерпела у ученых крах сразу. Далеко не всегда. Лидером становится тот, кто может привлечь больше сторонников. Если крупный соперник попытается его побить — они группой дадут отпор.

Автор описывает ситуацию где мелкий самец создает коалицию против более крупных горилл методом насилия над еще более мелкими самцами чем он, и таким образом их общая куча оказывается сильнее чем разобщенные противники. Тем более крупный самец скорее примкнет к группе чем будет создавать свою. Амбиции есть не у каждого. Большинству как раз проще к кому-то примкнуть.

Изначально в группе альфой вообще была самка, но потом исследователям нужно было добавить еще обезьян, она устроила их травлю, беспокоясь за свою власть, и смотрители временно ее убрали из группы. За это время новички познакомились с оставшимися и когда альфа-самку вернули — она увидела, что ее не поддерживают. Что характерно самого боя за власть не было, самка попыталась продолжить травлю и увидела, что она в одиночестве. И все, на этом острый момент смены власти был завершен.

Автор (опять же опираясь на наблюдения коллег) утверждает что передача власти самцам произошла бы так или иначе, но не потому что они более злобные, а агрессивные чем самки, а ровно наоборот. Именно самки в роли альф сильнее всего травмировали соперниц (и соперников), именно женские склоки были самыми кровавыми и жесткими. Как раз именно самцы в основном старались избегать травм своих оппонентов, и в конечном итоге это импонировало группе. Это все предыстория — потому что произошло до того как автор начал наблюдения.

Все вот эти рассказы что дескать чтобы стать альфой это надо в стиле чак нориса прийти и срочно набить морду самому крупному мартухану — это вранье. Так оно не работает. Как работает — ниже. Группе в роли лидера нужен не тот, кто устраивает конфликты, а тот, кто умеет их гасить. Сюрприз-сюрприз.

Автор описывает, что в какой-то момент исследователи попытались уменьшить конфликты в группе, держа самцов и самок раздельно. Они думали что основной мордобой как раз из-за самок и идет. Но оказалось что конфликты от этого увеличились, в первую очередь внутри группы самок, причем были там крайне жесткими. Оказалось что как раз альфа самцы чаще всего разводят дерущихся самок и снижают накал насилия. Агрессия самцов более предсказуема, они дольше раскачиваются и дают больше возможности их успокоить, в то время как агрессия самок чаще внезапна, видимо пмс, я не знаю.

Идет описание альфа самки в период ее власти, что она вела себя полностью как самец. Даже когда родила малыша — она отдала его на воспитание другой обезьяне. Сменила поведение она только после смещения. Уже второго ребенка (родившегося сильно после смещения) она воспитывала сама. Агрессия самцов более предсказуема, они дольше раскачиваются и дают больше возможности их успокоить, в то время как агрессия самок чаще внезапна.

Далее описание отдельных обезьян в группе. Одна из них — скорее всего лесбиянка (и другие самки не так чтобы всегда против ее приставаний). Вот они либеральные ценности, и до мартуханов дошли. Более того у исследователей появилось ощущение что эта самка еще и ведет себя как самец (активная короче), можно даже сказать «идентифицирует себя». Короче еще и латентный трансгендер. Ужас ужас. И кстати похожих самок исследователи находили и в дикой природе. То есть нет, это не смотрители их научили.

Автор замечает, что доминация у шимпанзе совершенно не означает полной власти. Подчиненные могут прогнать или даже побить альфу, если считают что он заходит слишком далеко, и это само по себе не значит что тот перестает после этого быть альфой в группе и те кто его побили — перестанут считать его альфой. Отношения у обезьян значительно более многослойны.

Автор описывает, что самый лучший показатель иерархии в группе — это те самые поклоны и приветствия, поцелуи руки, ноги, чего угодно в стиле Дона Карлеоне. Эти жесты идут от того, что подчиненная обезьяна стремится выглядеть меньше (даже если она на самом деле крупнее) чем альфа, который наоборот выглядит крупнее склонившегося в поцелуе вассала. Они регулярные, разнообразные и не только четко сигнализируют о положении членов группы, но так же смена приветствий часто предваряет конфликт и перестановку ролей. То есть по приветствиям можно предсказать, как группа будет вести себя дальше.

Основная часть

Далее начинается уже смена власти, которую исследователи подробно наблюдали и конспектировали со всех сторон. Между альфой и претендентом идет набор столкновений, в которых нет прямых драк. Вместо этого обычно идет провокация одной обезьяны против второй, далее окружающие выбирают сторону, причем обычно либо «за» либо «воздержался». Нет никого «против», никто не торопится выступать против коалиции и за провокатора, нет массовых драк стенка на стенку. Да и вообще нет драк. Одна из сторон обычно оказывается в одиночестве, но количество воздержавшихся имеет значение. Далее за одиночкой гоняются, опять же без боя, идет демонстрация поддержки, далее одиночка признает условное поражение перед коалицией. Спустя какое-то время ситуация повторяется с другим перевесом за/воздержался, пока в конечном итоге все не переходят либо группу в «за» либо в группу «воздержался», это означает что власть либо сохранена либо сместилась.

Финал смены власти — смена приветствий — это закрепление. При этом противники примиряются, так как больше смысла в конфликте нет, сторонники добровольно-принудительно выбрали альфу.

Примерно один конфликт из ста ведет к реальной драке, т. е. около 0,4% всех столкновений самцов. Но вероятность драки всегда сохраняется, и именно поэтому процесс борьбы за доминирование оказывается столь напряженным.

Атаки друг на друга чаще идут не между двумя претендентами на роль альфы, а между их сторонниками и противниками за переход оттуда-сюда. Так и сама борьба за власть обычно это борьба будущего альфа с последователями текущего. Причем борьба не значит бой, а значит разнообразные унижения и наказания последователей своего врага за то, что они за ним следуют.

Ключевая политическая предпосылка для смены власти — третий независимый самец, который сам за власть не борется, но показывает что не готов примкнуть к альфе. То есть он создает вакуум власти, который может заполнить претендент. И даже если вакуум власти не заполнен — все знают, что он может быть заполнен в любой момент. То есть вакуум уже сам по себе подрывает власть альфы и создает предпосылки для его последователей в том, чтобы сомневаться правильную ли они сторону выбрали, даже если другая сторона заметно слабее (но вдруг может стать сильнее — это важно, и вдвойне важно когда все видят что все вокруг колеблются).

Второй ключевой момент — умасливание претендентом вообще всех, и сторонников и противников в нейтральное время, когда прямого поклонения альфе не происходит. Пытающийся добиться звания альфы самец показывает последователям альфы что будет вести себя с ними в целом лучше, чем имеющийся альфа. Это важный момент перевербовки. Одного только вакуума власти недостаточно, нужна альтернатива, сулящая выгоды.

То есть какие уроки отсюда могут вынести школьники, которые очевидно пытаются узнать в вышеописанных мартуханах себя и своих одноклассников. Не важно на самом деле они сильнее всех или нет, для повышения своего ранга нужно либо встраиваться в окружение альфы и далее начинать там искать обиженных и строить с ними союзы. Либо искать независимые силы, не подчиняющиеся альфе и вступать с ними в коалиции. При этом неплохо бы в общем выглядеть более предсказуемо и уравновешенно чем текущий альфа, и по возможности быть как раз источником чего-то хорошего и полезного для группы, а не наоборот, какбы намекая что при них всем будет лучше, и одновременно демонстрируя вакуум власти, способный встать в оппозицию и к которому можно примкнуть. Все это — избегая прямых столкновений, скорее прощупывая границы власти текущего альфы при помощи аккуратных провокаций.

Если что, это не мои выводы, а Франса де Валя.

О насилии

Автор многократно замечает, как разрушительно для власти альфы прямое насилие, не поддерживаемое группой (а чаще всего против «приличных людей» группа насилие не поддерживает). Он описывает что после одной из стычек соперники яростно демонстрируют остальной стае как им стыдно за свое поведение и как они хотят загладить вину. Сюрприз-сюрприз — жестокость в борьбе с конкурентами не приветствуется и никакого сочувствия не вызывает. Жестокость применима в избавлении группы от угрожающих ей элементов, но не в случае внутренней борьбы за власть.

Автор описывает, что обезьяны используют в рамках борьбы за власть (то есть когда нет серьезной физической угрозы) нечто вроде рыцарского кода, в бою проверяется скорее решительность и воля, чем способность покалечить соперника.

Далее описание, что в генетический код шимпанзе зашита идея, что любой внутренний противник это всегда возможный союзник против противника внешнего, именно поэтому они сдерживаются в конкуренции и идут на компромиссы и стараются сохранять свой социум и самых сильных его членов в порядке. Чтобы если что — все могли хорошо выступить единым фронтом против хищника, например. Что важнее, в том чтобы держать себя в рамках заинтересованы не только сами соперники, но и группа (в первую очередь). Именно группе важна целостность. И поэтому группа выступит против альфы, если увидит что он эту целостность нарушает, вредит ей. Так что даже если конкуренты не хотят мириться — другие члены группы будут их к этому склонять. Но конкуренты тоже хотят мириться, так как завоевание голосов последователей это их главная цель.

После смены власти

Далее книга описывает как идет примирение. Ну точнее примирения между обезьянами идут постоянно, обезьянье общество, повторюсь, стремится не находиться долго в конфликтующем состоянии и выступает на стороне самца, который скорее улаживает конфликты чем разжигает их. Однако важный вопрос — как именно происходят примирения, кто в них ведет себя как примиряющая сторона, старший брат, кто ведущий кто ведомый. На процесс смотрят избиратели, если новый альфа начнет откровенно унижать прошлого — никто это хорошо не встретит, и нового могут покарать. Все нужно сделать так чтобы старый альфа сам без насилия признал положение нового. При этом примирение стае нужно — она стремится к целостности. Первое время новый альфа даже должен продолжать вести себя со старым если не как с высшим по рангу, но как минимум с признаваемым равным, или высшим, но оспариваемым. И потом постепенно сдвигать его к реальности методом провокаций и демонстраций что за противником никто не идет.

Одно из главных не силовых наказаний бывшего альфы — изоляция. Возможно люди в ней находиться готовы, но обезьяны и особенно альфы на каком-то этапе соглашаются скорее на условия смены приветствий на более подчиненные, чем на нахождение в изоляции. Тем более что оно бессмысленно.

Когда устойчивая иерархия (примирение, примирительные приветствия с регулярным подтверждением статуса) достигнута — вся группа улучшает настроение и празднует победу. Внутренний конфликт это то от чего вся группа пытается избавиться. Это ее враг. И именно эти стабильные регулярные предсказуемо подтверждающие иерархический статус приветствия указывают группе что иерархия стабильна и никто не покушается на ее разрушение. То есть это сигнал даже не для самого альфы в первую очередь. Это сигнал для всего социума.

Описание изменении политики нового альфы. Он с одной стороны разнимает конфликты, при этом намеренно не выбирая сторону, наказывая именно за сам факт конфликта. С другой стороны если становится на чью-то сторону — это всегда сторона проигравшего. То есть того, кто без вмешательства альфы конфликт бы продул.

Поведение такого рода называют «контролирующей функцией» альфа-самца, и оно встречается у многих видов приматов.

Опять же мы видим главное, чего хочет от альфы стая — сохранения целостности социума. Это его основная функция, и именно это позволяет ему поддерживать свою власть. И именно поэтому сам по себе он может быть не особо сильным, но главное он знает что если его власть оспаривается — за него стеной встанут все. Альфа разнимает конфликты не потому что физически сильнее конфликтующих, а потому что если конфликтующие поднимут на него руку — они столкнутся с коалицией поддержки.

Книга противостоит дарвинистским идеям о том, что власть это естественный репрессивный механизм, что это метод доминации немногих над многими. Нет. Автор убежден, что власть это механизм по поддержанию стабильности в первую очередь. И уже во вторую это дает возможности для доминации в виде платы за стабильность. До тех пор, пока плата не становится слишком высока

Заключение

Я здесь на самом деле условно пересказал только часть середины книги. Там много посвящено сексуальным ритуалам и семейным отношениям среди приматов, много опять же отдельных деталей. Много описаний сложных политических маневров и структур, описание треугольника власти с разделением на ветки, который оказался у мартышек самой стабильной структурой. В целом по ощущение средняя обезьяна значительно лучше умеет в серую мораль, компромиссы и во все остальное, чем средний умник рассказывающий, что надо всех побить и тогда все преклонятся. Но если вам это все интересно — лучше тогда читайте самого Франса де Валя, а не меня.

 

Источник

Читайте также