«Пиктограмма» или как исследовать опосредованную память, ассоциативное мышление у людей, имеющих психическое заболевание

О себе: медицинский психолог, работаю в клинике психиатрического профиля. Также, занимаюсь научной деятельностью. Из профессиональных интересов: клиническая психодиагностика, научные исследования в области когнитивной психологии, психофизиол-огии, нейронаук и смежных областей.

В контексте данной статьи, ее продолжения, а также тех интересных и увлекательных дискуссий, которые образовались под ними, хотелось бы практически- и проблемно-ориентированно начать обсуждать методологический дефицит и, возможно (лол), успехи российской клинической психодиагностики. Надеюсь написать ряд статей, если возникнет отклик. Когда увидел данную статью (жаль, что так поздно), обрадовался, что начинаются хоть какие-то дискуссии на подобные темы.

В данной статье попробую описать возможности и области применения такой психодиагностической методики как “Пиктограммы”, которая так полюбилась нашим клиническим психологам, а также описать проблемы, часто возникаемые в анализе и интерпретации данных этой методики.

Ну чтож, данная методика была предложена аж 1930-х годах советскими психологами. История подлинного авторства покрыта тайной, Биренбаум Г.В. в своей публикации приписывает авторство Лурии А.Р., сам же Лурия, причем гораздо позже (1964), отдал пальму первенства Л.С.Выготскому.

Методика достаточно проста в проведении. Этапы выполнения следующие:

  1. Исследуемому дается примерно следующая инструкция: «Следующий тест будет на проверку Вашей памяти. Я буду называть слова или выражения, которые необходимо запомнить. Для того чтобы облегчить запоминание, на каждое слово нужно нарисовать рисунок, все равно какой, но так, чтобы он помог Вам вспомнить названное слово. Качество рисунка не имеет никакого значения, важно лишь, чтобы он помог Вам при запоминании. Слова и буквы не пишите». Также можно было бы обозначить, что рисунок должен быть именно “пиктограммой”, то есть схематичным изображением, содержащим ключевые признаки понятия (на взгляд исследуемого). Иногда это нужно, что бы дифференцировать гиперпродуктивность в деятельности (в данном случае, в рисовании). Ведь если когда исследуемый, который “понял” инструкцию, приступая к заданию начинает рисовать “джоконду в гроте” на 30мин, есть повод задуматься о том, все ли хорошо с критичностью мышления. Набор стимулов обычно такой: «веселый праздник», «тяжелая работа», «вкусный ужин», «болезнь», «печаль», «счастье», «любовь», «развитие», «разлука», «обман», «победа», «подвиг», «вражда», «справедливость», «сомнение», «дружба».

  2. Как правило, сразу после выполнения задания, происходит беседа с целью определить какие из стимулов получилось опосредованно запомнить, а также понять и зафиксировать смысловой компонент связи между стимулом и рисунком. Иногда бывает так, что стимул и рисунок вполне соответствуют друг другу по смыслу, а объяснение может быть очень даже “оригинальным”, об этом тоже надо помнить.

Среди однозначных достоинств данной методики можно отметить:

  • то, что методика, представляет для исследователя широкий диапазон данных, среди которых:

    1) Операционализированные характеристики мышления (проще говоря, как думает и как образует ассоциации исследуемый).

    2) Характеристики опосредованного запоминания (что очень важно в дифференциальной диагностике расстройств памяти, знать какие виды памяти еще сохранны, а какие нарушены),

    3) Динамические характеристики мышления под “когнитивной нагрузкой” (то каким образом видоизменяются характеристики мышления с точки зрения временных характеристик, это тоже важно)

    4) Проявление искаженной “аффектации” в мышлении. Некоторые стимулы можно условно разделить на эмоционально-положительные (например, “счастье”) или отрицательные (“печаль”). И не совсем адекватное отреагирование на стимул, например, на “положительные” стимулы выдаются ответы с сравнительно высоким латентным временем, либо когда исследует путает “эмоциональную валентность” стимулов, тоже может наталкивать на мысли о, соответственно, чрезмерной интенсивности эмоциональных переживаний, которые уже сказываются на качестве мышления, либо наоборот “уплощенности” эмоционального реагирования и т.д.

  • то, что методика, как бы это не казалось странным, имеет достаточно низкую степень формализованности (другими словами, количеством правил “что и как делать”), есть лишь входная инструкция, а дальше для исследуемого представляется довольно широкий простор для “психопатологического творчества”, что, в некоторой степени, по личному опыту и опыту моих коллег, определяет гораздо большую чувствительность к вышеперечисленным феноменам нарушенного мышления). Порой бывает, особенно на стадии дебюта серьезного заболевания, когда врач сомневается в диагнозе шизофренического спектра и очень переживает, все ли он делает правильно, пиктограмма начинает “цвести всеми цветами радуги”, когда, например, в других пробах (“Аналогии” или “Сравнение понятий” и пр.), все может быть достаточно “чисто”.

Среди критичных недостатков данной методики, на мой взгляд, можно отметить:

  • Отсутствие единого понимания и стандарта анализа и интерпретации результатов. Разговаривая с коллегами, в большинстве случаев, все сводится к мистической “парампаре”, когда говорят “ну, меня так научили”. Ну, а если попробовать проанализировать, все , на мой взгляд, сводится к двум условным методам:

    1) “Формально-феноменологический”(лол), отдающий почести историческим связям с клинико-психопатологическим (психиатрическим) методом, который представляет собой, по сути, попытку подгонки ответов испытуемого под известные виды нарушения мыслительных процессов, при условии, что конкретный ответ специалисту показался “неадекватным”. При чем “адекватность”, иногда понимается как “что то здесь мне показалось необычным/странным, я бы так не подумал”, без учета индивидуальной значимости данного стимула для исследуемого и прочих важных параметров. В использовании этого “метода”, все сводится к объему личного опыта специалиста и способности сопоставлять те “образы” людей имеющих психические заболевания с тем, что он видит перед собой. Однако, на мой взгляд, при всех минусах, данный метод наиболее близко сочетается с изначальными целями патопсихологического обследования, то есть выделение психологических коррелятов “нездоровой психики” и сопоставление этих данных с знакомыми нозологическими категориями.

    2) “Стандартизированный (почти)”, разработанный Б.Г.Херсонским, который пред-ставляет собой сложную, комплексную и трудоемкую оценку каждого отдельного образа и всех образов в целом по множеству параметров (графическим, грамматическим, графическим, содержательным, частотным, индивидуально-значимым, а также по той самой “адекватности”, черт ее дери). Предполагается, что сравнивая данные количественные и качественные характеристики и сопоставляя их с данными “нормативного” выполнения, можно делать какие-то заключительные выводы, которые будут отвечать изначальным общим целям патопсихологического обследования. Ну, если честно, то как то связи не вижу здесь никакой. Особенно, с учетом того, что автор сам обозначает мысль а огромной вариантивности ответов психически здоровых людей.

Резюмируя вышесказанное, хотелось бы обозначить актуальное представление большинства думающих и практически-ориентированных специалистов что все таки с этим делать. Однозначно, есть ряд принципов, обозначающих, в некоторой степени “нормативное” выполнение этой методики. Цитируя того же Б.Г.Херсонского:

  1. Здоровые исследуемые способны подобрать образы на все понятия, представленные в стандартном наборе стимулов.

  2. Здоровые исследуемые однозначно и верно понимают инструкцию к этой методике и способны ей следовать на всем протяжении прохождения.

  3. У здоровых исследуемых высокая продуктивность запоминания в этой методике.

  4. У здоровых исследуемых минимальное количество “шоковых реакций”, “отказов”.

  5. Большую часть образов здоровых исследуемых можно обозначить как “атрибутивные” и “конкретные”, количество индивидуально-значимых и латентных образов минимально.

Вывод: с учетом, этих принципов (с возможностью предположить, здоровый ли человек выполнил это задание), допускается использование формально-феноменологического подхода, с целью приблизить данные исследования формальным требованиям и целям патопсихологического исследования, проводимого в рамках психиатрического учреждения.

Спасибо за внимание.

Приложение. Здесь, ради интереса и для затравки, хотелось бы представить части рисунков. На первом фото рисунки человека, имеющего Личностно-аномальный патопсихологический симптомокомплекс с выраженным истерическим радикалом, характерный демонстративный жест, вырванная часть листа – реакция на стимул “счастье”(“счастья нет”). На втором рисунки человека с шизофреническим симптомокомплексом (Шизотипическим расстройством).

1
1
 

Источник

, , , , , , , ,

Читайте также

Меню