От программного кода к расчистке снега: почему индийский разработчик выбрал Петербург
— Каков был ваш уровень дохода в Индии?
— По местным меркам я зарабатывал вполне достойно.
— Что же побудило вас переехать?
— Я убежден: работа на благо города важнее и почетнее, чем труд в частной корпорации. Сейчас я приношу пользу обществу. В том, чтобы делать город чище и эстетичнее, я вижу глубокий смысл.
Это фрагмент беседы с 26-летним Мукешем Мандалом, который сегодня трудится в коммунальных службах Санкт-Петербурга. До эмиграции Мукеш строил карьеру в IT-секторе Дели, занимаясь интеграцией WhatsApp Business API, автоматизацией бизнес-процессов на базе Zoho и поддержкой малого предпринимательства.
Решение сменить кресло разработчика на лопату дворника кажется парадоксальным. Почему квалифицированный специалист называет муниципальный физический труд более осмысленным выбором? Ответ кроется в сложной социальной структуре Индии и понятии «кастового кода».
В интервью Мукеш упоминает свою принадлежность к «среднему слою» и категорию OBC. Чтобы понять его логику, необходимо разобраться в индийской иерархии.
OBC и социальная архитектура Индии
Аббревиатура OBC (Other Backward Classes) переводится как «прочие отсталые классы». Эта официальная государственная категория охватывает более 40% населения страны. Это не «неприкасаемые», но и не элита.
Классическая модель: Четыре варны
Традиционно индуистское общество сегментировано на четыре сословия (варны):
| Варна | Историческая роль | Современное положение |
|---|---|---|
| Брахманы | Духовенство, ученые | Наивысший статус, доминирование в политических и интеллектуальных элитах |
| Кшатрии | Воины, управленцы | Высокий престиж, властные структуры |
| Вайшьи | Коммерсанты, землевладельцы | Устойчивый средний статус |
| Шудры | Ремесленники, рабочие | Низкий социальный статус |
Вне этой системы находятся «дауны» (далиты), исторически выполнявшие наиболее тяжелую работу. Однако реальность сложнее: внутри варн существуют тысячи джати (подкаст), определяющих профессию, круг общения и брачные союзы.
Современная классификация и система квот
Сегодня Индия использует трехступенчатую систему для реализации политики «позитивной дискриминации»:
- SC/ST (Scheduled Castes/Tribes): Бывшие «неприкасаемые» и племена. Имеют максимальные преференции.
- OBC (Other Backward Classes): Социально и экономически ущемленные группы. Имеют умеренные квоты.
- General Castes: Привилегированные слои (брахманы, кшатрии). Традиционно не имели льгот.
Мукеш, идентифицируя себя как «среднего», указывает на свое положение между исторически угнетенными и потомственной элитой.
Фамилия как социальный маркер
В Индии фамилия — это моментальный идентификатор. Фамилия «Мандал» в штате Бихар обычно указывает на принадлежность к кастам рыбаков или маслоделов (OBC). Работодатель считывает этот код мгновенно. Несмотря на законодательный запрет дискриминации, негласные социальные сети часто закрывают двери престижных частных компаний перед выходцами из «низких» слоев, отдавая предпочтение обладателям «высоких» фамилий.
Культ госслужбы и философия «Сева»
Фраза о предпочтении «работы на город» апеллирует к понятию sarkari naukri — государственной службе. В индийском менталитете работа на государство обладает колоссальным престижем, превосходящим труд в частном бизнесе даже при меньшем доходе. Это гарантирует пожизненную стабильность и особый социальный вес («мой сын служит государству»).
Кроме того, здесь проявляется концепция Сева (бескорыстное служение) и Карма-йога (труд как духовный путь). Перенося эти смыслы в российский контекст, Мукеш легитимизирует свой новый статус: уборка снега в Петербурге для него — это форма муниципальной службы, очищенная от индийских кастовых предрассудков.
Разрыв между образованием и карьерой в IT
Система квот Мандала помогла миллионам индийцев получить высшее техническое образование. Однако в частном IT-секторе квоты не действуют. Там царит скрытая элитарность: исследования показывают, что до 90% топ-менеджмента технологических гигантов Индии составляют представители высших каст.
Для выходца из бедного штата Бихар, каким является Мукеш, путь в IT часто упирается в «стеклянный потолок». Потеря работы в период кризиса 2024 года сделала миграцию единственным эффективным социальным лифтом.
Бихар: география трудностей
Штат Бихар — один из беднейших в Индии. ВВП на душу населения здесь в 8 раз ниже, чем в Дели. Выходец из Бихара в столице сталкивается с двойным давлением: специфический акцент и отсутствие влиятельных связей делают его «чужаком» даже при наличии диплома инженера.
Миграция как освобождение
Переезд в Россию для Мукеша — это не просто поиск заработка, а возможность выйти из системы, где его судьба предопределена фамилией. В Петербурге он не «Мандал из OBC», а просто иностранный работник. Здесь физический труд не несет на себе клейма «нечистоты», характерного для кастовой системы.
«Любой может делать любую работу», — говорит Мукеш. Это манифест человека, который обрел свободу от вековых иерархий, пусть даже ценой смены клавиатуры на лопату.
Прогнозы и выводы
Случай Мукеша — не единичный. Сочетание кризиса в индийском IT-секторе, высокой конкуренции внутри страны и упрощения миграционных процедур в РФ будет способствовать притоку образованных мигрантов из Индии. Это люди с иными ценностными установками: они уважают государственные институты, ценят образование и готовы к тяжелому труду ради долгосрочных целей.
Чему учит эта история?
Глобализация стирает границы, но не стирает культурный багаж. Мукеш Мандал не просто «рационализирует» падение социального статуса. Он адаптирует свою глубокую внутреннюю философию к новым условиям, находя достоинство там, где другие видят лишь временные трудности.
Материал подготовлен на основе данных о социальной стратификации Индии (исследования Jodhka & Newman), отчета ILO о занятости в Индии за 2024 год и интервью изданию «Фонтанка».
