Студенты МЭИ регулярно посещают Обнинскую АЭС, где по сложившейся традиции приносят торжественную клятву непосредственно у пультов управления станцией.
Введенная в строй в 1954 году, эта атомная станция мощностью 5 МВт стала первой в мире, начавшей передачу энергии в общую сеть. Успех проекта во многом был обеспечен усилиями специалистов МЭИ, а запуск реактора осуществлял выпускник вуза Лев Кочетков. Стремительный подъем института начался в 1943 году под руководством Валерии Голубцовой — супруги Георгия Маленкова, ближайшего соратника Иосифа Сталина.
Голубцова не только возродила техническую базу вуза, но и проявила недюжинные способности в обеспечении института дефицитным оборудованием. В Лефортово стекалось все необходимое для высококлассных исследований: от трофейных микроскопов Siemens до сложнейшей измерительной аппаратуры и осциллографов. Благодаря этим ресурсам студенты и исследователи получили доступ к инструментарию, аналогов которому в СССР тогда не существовало.
На территории кампуса была возведена действующая электростанция, что позволило внедрить в учебный процесс реальную инженерную практику.
Это оснащение стало фундаментом для участия института в масштабных космических программах: в частности, специалисты МЭИ создали систему телеметрии «Трал», обеспечившую связь с кораблем «Восток-1» во время полета Юрия Гагарина.
Энергетика как фундамент государства
Начало 1930-х годов ознаменовалось эпохой индустриализации и повсеместной реализацией плана ГОЭЛРО. Электрификация всей страны провозглашалась важнейшей целью, что требовало подготовки огромного числа профильных специалистов.
На тот момент в Москве существовало лишь два вуза, выпускавших инженеров-энергетиков: Бауманское училище и Плехановский институт. 20 марта 1930 года было принято решение об объединении соответствующих факультетов, что положило начало Московскому энергетическому институту. По преданию, основатели Карл Круг и Борис Угримов приложили немало усилий, чтобы добиться выделения земельного участка в Лефортове для нового флагмана отрасли.
В 1932 году теплотехнические направления объединили в единый факультет, который возглавил профессор Григорий Жирицкий, автор фундаментального учебника по паровым турбинам.
Возвращение из эвакуации и новый этап развития
Становление МЭИ проходило в непростых условиях. В июне 1943 года, сразу после эвакуации, руководство вузом приняла Валерия Голубцова. Её назначение не было лишь следствием высоких связей: Голубцова была эрудированным человеком из интеллигентной семьи, владела иностранными языками и являлась племянницей Глеба Кржижановского, одного из главных архитекторов плана ГОЭЛРО.
В 1930-х годах она прошла путь от рядовой студентки и секретаря парткома до преподавателя, что позволило ей досконально изучить внутренние процессы института.
«Железная леди» МЭИ
Перед новым ректором стояли колоссальные вызовы: от восстановления разрушенных зданий до обеспечения быта студентов и преподавателей, вернувшихся с фронта и из эвакуации.
Согласно постановлению ГКО от января 1943 года, численность учащихся должна была возрасти до 2000 человек. Голубцова активно привлекала кадры из тыловых частей и даже с передовой. Она лично заботилась о ветеранах, добиваясь для них санаторного лечения и экстренной медицинской помощи.
В голодное военное время студенты подрабатывали разгрузкой вагонов, но Голубцова старалась облегчить их положение, организуя дополнительные продовольственные талоны и распределяя одежду из поставок по ленд-лизу. Был создан отдел снабжения с собственными столовыми, а шефство над совхозом «Большевик» обеспечивало базовый рацион питания.
Авторитет ректора позволял добиваться поставок передовой техники, на которой впоследствии была построена ТЭЦ, снабжавшая теплом весь университетский квартал. Именно при Голубцовой МЭИ получил здание лабораторного корпуса «Е» — шедевр советского конструктивизма, знаменитый своей «Бастилией» и уникальным лифтом.
В этом корпусе установлен «патерностер» — непрерывно движущийся лифт без дверей. Несмотря на то, что такие системы постепенно исчезли из эксплуатации во всем мире, в МЭИ он сохраняется как историческое наследие. Корпус примечателен и отсутствием лестниц — многоэтажные переходы выполнены в виде пологих пандусов, что было удобно для перемещения тяжелого оборудования в те годы, когда обычные подъемники часто выходили из строя.
Критику относительно своего положения Голубцова воспринимала спокойно, подчеркивая, что работает исключительно в интересах развития института, не стесняясь использовать возможности, которые открывала её фамилия для блага вуза.
Космические технологии и «Трал»
С 1944 года под руководством Александра Котельникова начались работы по созданию систем радиотелеметрии. К 1947 году, заручившись поддержкой Сергея Королева, Валерия Голубцова добилась создания специального исследовательского сектора при институте, что позволило привлечь существенное финансирование для разработки электронной «начинки» советских ракет.
Так возникло ОКБ МЭИ, ставшее пионером космического телевидения. Система «Трал», разработанная специалистами бюро, передавала данные о полете Гагарина, а позже команда бюро участвовала в строительстве крупнейших радиотелескопов, позволивших человечеству впервые увидеть обратную сторону Луны.
Атомный проект
Параллельно МЭИ играл ключевую роль в атомной программе, открывая новые кафедры теплофизики и технологии работы с высокопараметрическим паром. В 1947 году был создан секретный факультет, который позже вошел в состав МИФИ, передав накопленный опыт и кадры для нужд государства.
Современный облик
Пережив трудные 90-е, МЭИ сумел трансформироваться, сохранив ведущие позиции в науке. Сегодня вуз активно работает над проектами в области водородной энергетики и внедрением «цифровых двойников» энергосистем. ОКБ МЭИ, в свою очередь, продолжает создавать высокотехнологичные радары для спутников дистанционного зондирования Земли, сохраняя при этом верность своим традициям — обучать студентов на реальном промышленном оборудовании, которое станет их рабочим инструментом в ближайшем будущем.