ЛОНГРИД. ХИЧКОК — ОТЕЦ БЛОКБАСТЕРОВ

Как Хичкок рассказывал умные и захватывающие истории? Как вселить в зрителя ужас? Почему мы вообще сегодня говорим о Хичкоке? Почему Он — отец блокбастеров?

В истории сохранилась тема, что эпоха блокбастеров началась с ”Челюстей” Спилберга и “Звёздных войн” Лукаса. Вот только думаю, история с блокбастерами началась куда раньше.

Копаясь в истории, можно предположить, что этим словом можно нарекать и такие фильмы, как “Лоуренс Аравийский”, “Бен Гур” или “Унесенные ветром”. Каждый из них был популярен и каждый из них много заработал, но всё же тогда понимание слова “блокбастер” не было. Тогда такие фильмы называли просто “эпопеи”.

Я считаю в истории есть конкретный человек, который создавал прообразы первых блокбастеров. Его идеи подхватили кинематографисты многих поколений, а его работы важны для поп-культуры и по сей день.

Альфред Хичкок. Тот самый гений, который громил старый и строил новый кинематограф.

Небольшая ремарка:
Привет. У этого эссе есть видеоверсия, чтобы каждый выбрал ту форму рассказа, которая удобна. Приятного чтения! Приятного просмотра! Приятного прослушивания!

Видеоверсия эссе

Всë для зрителя

Альфред Хичкок был одним из тех режиссёров, который заботился о зрителях. Ему было важно, чтобы опыт просмотра вызывал бурю эмоций, способных заставить зрителя вжаться в кресло и досмотреть до конца.

Так, например, база его стиля — Чистое кино.

Молодой Альфред Хичкок начинал со съёмки немых фильмов и для него было важно передавать историю именно образами, чтобы не сбивать погружения в историю, не превращать кино в литературу и делать историю лучше.

Но позже в кино врывается звук, и, с одной стороны, это прикольно — у нас появился ещё один способ погружения и повествования, а с другой стороны…

…Диалоги. Их. Стало. Просто. Охренеть. Как. Много.

Нет. Окей… Это не ужасно, хороший диалог может помочь раскрыть историю и усложнить идейную составляющую, но проблема в том, когда историю начинают передавать только диалогами.

ФрансуаТрюффо: В конце эпохи немого кино великие кинематографисты – практически все – достигли уровня, близкого к совершенству. Введение звука поставило их достижения под угрозу.

Альфред Хичкок: Совершенно с Вами согласен. По-моему, и сегодня дело обстоит так же. Во множестве выпускаемых фильмов очень мало кино: они по большей части представляют собой то, что я называю «фотографией разговаривающих людей». Рассказывая историю на экране, к диалогу следует прибегать лишь тогда, когда без него никак не обойтись. Я всегда пытаюсь сначала представить истории средствами кино, через последовательность кадров, монтаж. <…> Создавая сценарий, важно четко отделять диалог от визуальных элементов и где только возможно полагаться на видимое, а не на слышимое.

Хичкок постоянно применял визуальное повествование, потому что хорошо продуманный визуальный образ намного лучше и интересней передает информацию зрителю, а также позволяет лучше раскрыть то, что хочешь поведать смотрящему.

Меня правдоподобие не занимает совершенно; его-то как раз добиться легче всего – ради чего тут копья ломать? Помните ту длинную сцену в «Птицах» с обсуждением птичьих повадок? Среди персонажей там была женщина – специалистка по этим вопросам, орнитолог. Она оказалась там по чистой случайности! Разумеется, я мог бы подмонтировать тройку эпизодов для обоснования ее присутствия, но кому же это интересно!

Альфред Хичкок

Создавая историю, Хичкоку также было важно поместить некоего персонажа в необычную или даже экстремальную ситуацию, чтобы раскрыть его в полной мере для зрителя. Как правило, он использовал их специально для создания захватывающего сюжета и для того, чтобы зарифмовать внешние напасти персонажей с внутренними.

Например, классическая сцена с самолётом, который гонится за героем Кэри Гранта, работает и как напряжённая экшен сцена, и как метафора того, что главный герой попал в передрягу, которая больше и опасней его самого.

Знаете, я уже так давно тяну, чтобы не рассказывать об этом, что мне уже стыдно.

Саспенс — это главный инструмент Хичкока.

У меня есть большое искушение предоставить слово самому Хичкоку, но разобью ожидание и попытаюсь объяснить в чём суть.

Есть два стула: неожиданность и саспенс.

Девушка приезжает в мотель… и её убивают. Это неожиданность.

“Головокружение” — это фильм, у которого просто огромное количество трактовок на любой вкус и цвет. Это и история про посттравматический синдром, и про мужскую токсичность, и про опасность грёз, есть даже мысль, что Хичкок так критикует зрителей, которые постоянно ждут чего-то от фильмов, но всегда недовольны, и даже есть мысли, что это фильм про… некрофилию?!

Короче говоря, важно всегда держать это в уме, но также чересчур не загоняться, потому что порой фильм о чуваке, который боится высоты, может быть фильмом о чуваке, который боится высоты.

Но в то же время стремясь направить зрителя в нужном направлении, Хичкок сужает область размышлений с помощью психологических образов.

В “Окне во двор” главный герой считает, что был свидетелем преступления, и чтобы доказать это, он постоянно подглядывает за своими соседями. В то же время, персонажи обсуждают сам феномен “подглядывания”. Этично ли к нему прибегать?

Вероятно, вы сейчас подумали, что “нет, это неправильно”. Но дело в том, что зрители “Окна во двор” буквально сами являются главными героями фильма. Не только герой Джеймса Стюарта подсматривает за соседями, но и мы сами. С одной стороны, кажется, что Хичкок так подъёбывает смотрящих, но с другой стороны — это уже метанарратив, а это уже по-кодзимовски гениально.

Между тем, для большего погружения людей в историю “Король саспенса” прибегает к весьма тонкой штуке, как психологические ружья. В среде начинающих сценаристов есть мнение, что «предзнаменование» и «чеховское ружьё» — это одно и то же, но это в корне неверно.

«Чеховское ружьё» — это конкретная деталь в истории, которая способствует развитию сюжета и, по факту, его нельзя так просто взять и вывести из истории.

«Предзнаменование» — это намёк, который говорит о том, что будет. Его наличие в сюжете не обязательно, но оно дополняет историю и делает её в какой-то степени символичней и глубже.

Сам знаменитый пример — “Психо”. Он настолько сильно хотел погрузить зрителя в историю, что сеансы были организованы так, что никто не имел права выходить из зала пока не кончится фильм, а если ты опоздал на начало фильма, то тебе запрещалось на него входить. Отчасти это было маркетинговой кампанией фильма, но с другой стороны это способствовало усилению ощущений от истории, которая до сих пор является первой ассоциацией с творчеством великого режиссёра.

Ещё одной важной деталью этого фильма было то, что история каждый раз направляла зрителя по ложному пути. Всё начинается как криминальный триллер про ограбление и переживания воровки, затем фильм ужасов и в конце всё переходит в психологический триллер с элементами детектива. Хичкок специально запутывал следы, подобно Норману Бейтсу, чтобы все последующие события ощущались неожиданными, но при этом в сюжете всё было абсолютно логично связано.

До этого бывали попытки подобного стиля повествования, но, так или иначе, ломались копья о сценарий или же это было совершенно ненамеренно, как в “Глубоком сне” Говорда Хоукса, когда фильм работал буквально из-за режиссуры и мастерстве актёров, но об этом в другой раз. Напишите, пожалуйста, в комментариях, если вам хотелось бы узнать об этом больше в одном из следующих видео.

В конечном счёте, все детали истории соединились воедино в руках Хичкока и передали зрителям тот неподдельный ужас, который охватывал кинозал.

И кажется, что это всё, но…

Да, всегда есть “но”, с этим дядей, потому что по-другому не бывает, если ты делал…

Всë для кино

Если вы до сих пор задаетесь вопросом: “Почему Хичкок — отец блокбастеров?”, то я всё сделал по канонам Мастера и довёл саспенс до высшей точки. Окей, погнали к делу.

Сегодня, если мы говорим про Хичкока, то говорим, как о гении, определившем современное кино, но, давай на чистоту, даже на пике своей карьеры к нему относились, мягко говоря, пренебрежительно.

Его фильмы называли пошлыми, глупыми и, самое смешное, нереалистичными.

К нему относились как к ремесленнику, недостойного признания. Его шесть раз номинировали на “Оскар”, но ни разу он не получил статуэтку.

Альфреда Хичкока могло ждать забвение в ворохе критики, а сегодня о нём не говорили с таким интересом, что кто-то захотел бы сделать про него претенциозное эссе…

Молодой, ярый и голодный до кино парень снимает несколько фильмов новой эпохи, которую позже назовут Французская Новая Волна, а позже скажет, что на него произвёл мощное влияние… Альфред Хичкок. Тогда никто не понял. “Кто? Вы ведь тут против студийного кино? Какой Хичкок? Угораешь, что ли?”. Но Трюффо стоял на своём и, став популярным, в 1962 году уговорил своего кумира на интервью.

Ребята 30 часов разбирали по косточкам все фильмы Хичкока, выводя наружу тот факт, что “Маэстро ужаса” на самом деле всё это время был крутым автором. Текстовая версия интервью вышла под названием “Кино по Хичкоку” и до сих пор считается настольной книгой для кинематографистов. Режиссёр, которого показал миру Трюффо, очень быстро стал фундаментом, на который многие авторы стали всё чаще опираться. Франсуа буквально крикнул всем злым критикам: “ХИЧКОК — ЭТО БАЗА! ВСЁ!”.

Совсем скоро придёт время и для Американской революции в кино, которую назовут «Новый Голливуд». Теперь и за океаном авторам станут уделять больше внимания, и многие будут отдавать респект Хичкоку.

Френсис Форд Коппола и Мартин Скорсезе возьмут на вооружение психологическое повествование и саспенс. Коппола даже снимет “Разговор”, который, по факту, является фильмом-оммажем к “Окну во двор”.

Брайан Де Пальма, увидевший “Головокружение”, настолько преисполнится, что позже его будут называть то плагиатором, то наследником хичкоковских традиций. Я его отношу всё же ко второму, потому что Де Пальма остаётся мощным автором, который просто отлично продолжал развивать способы повествования Хича.

Позже «Новый Голливуд» падёт под ворохом многих причин, но на его место придёт эпоха блокбастеров, продолжающаяся до сих пор. Вот только даже тут всегда будет чувствоваться дыхание Хичкока.

Стивен Спилберг снял “Челюсти” с использованием бессмертной техники саспенса, которую он будет использовать каждый раз, в каждом своём фильме, создавая захватывающую историю. Этот фильм считают первым фильмом в когорте летних блокбастеров.

Кстати, про саспенс. Благодаря “Психо” и “Птицам” многие авторы начали подхватывать идею создания фильмов-ужасов с более глубокой идейной составляющей, чем, например, устаревшие ужастики «Universal».

Роман Полански снимет “Ребёнка Розмари”. Позже появится отдельный поджанр, называемый “слэшером”, в котором саспенс будет рука об руку идти со сценами натуралистичного насилия. Позже хорроры станут чаще обращаться к той самой “неожиданности”, которую не любил Хичкок, но мы станем называть это “скримерами”. Но и тут жанр вскоре увязнет в самоповторах, и новые авторы снова вернутся к предтечам жанра, в том числе и к Хичкоку. Сегодня эту эпоху маркетологи нарекают “постхоррорами”, но мне кажется, что это просто обращение к истокам, которые зарождались Мастером.

Такая вот история о человеке, который пытался сохранить авторский взгляд даже во времена, когда на автора забивали. Его приёмы будут так или иначе встречаться снова и снова, а голос его фильмов продолжит жить и по сей день.

Я начал этот рассказ с того, что блокбастеры отличаются от других фильмов тем, что они зарабатывают кучу бабла и нравятся куче зрителей, потому что это первое, о чём думаешь про этот тип кино, но, чёрт, как же ужасно, что порой мы забываем, что иногда влияние фильмов в истории зачастую важнее денег и признания критиков. Его фильмы были и кассово успешны, и кассово провальны, со временем он получил признание критиков и даже получил “Оскар” за вклад в кино, но всё это меркнет по сравнению с тем, что он сделал для кинематографа и зрителей.

Хич получает свой первый Оскар

Он одним из первых снимал уникальные, захватывающие, умные и изобретательные фильмы, которые будут интересны для самых разных аудиторий. Его идеи повлияют на многих важнейших режиссёров современности. Но, самое главное, он оставался верен себе, как автору. Я всегда буду благодарен ему за то, чему он научил, и считаю, что Альфред Хичкок — настоящий отец блокбастеров.

Спасибо большое за внимание! Мы безумно рады, что вы дочитали эссе до конца.. Также будем рады если в комментариях обсудим этого замечательного режиссёра и если вы расскажите про кого вам интересно прочесть одно из следующих эссе.

С вами была Сторожевая башня. Надеюсь, что скоро увидимся!

Авторы: Митя Докучаев, Таня Ивлева, Никита Босс

Видеоэссе создано творческим союзом watchtower

#хичкок #гениикино #эссе #анализ #разбора #long #лонгрид.

 

Источник

Читайте также