DTF смотрит: детский тверк, Адам Сэндлер из прошлого и судебный процесс

Впечатления от трёх фильмов.

Последние недели я посвятил просмотру великолепного сериала «Германия 83» и двух его продолжений, и об этом шоу у нас вышел отдельный текст. С фильмами вышло посложнее, но кое-что я всё-таки посмотрел и кое-что даже могу порекомендовать.

Делитесь и своими впечатлениями от просмотренного за последнее время в комментариях.

«Милашки» (Mignonnes, 2020)

Как и вся прогрессивная общественность, я, разумеется-конечно-безусловно, ещё до просмотра был возмущён и раздосадован позицией Netflix относительно этого вот «с позволения сказать кино». Раздосадован, однако, недостаточно, чтобы на хрен отменить подписку на сатанинский онлайн-кинотеатр, который контролирует «педофильское лобби», за что в итоге поплатился просмотром комедии с Адамом Сэндлером, но об этом ниже.

Вообще, с «Милашками» — как с «Матильдой»: за спорами вокруг фильма намного интереснее наблюдать, чем за самим фильмом. Такая себе европейская околосоциальная драма из второй половины нулевых. Только патетичная.

Эта возвышенность и мешает картине. Чего бы там ни говорили, «Милашки» — это кино не «для педофилов», а про сексуализацию детей. Интересную, между прочим, проблему, которую не так часто в кино раскрывают. Однако «Милашки» не универсальны. То есть это история про, а не о сексуализации. Про сексуализацию конкретной забитой школьницы из религиозной семьи, которая начинает тусоваться с популярными и разнузданными девчонками и заниматься тверком.

Её уроки и выводы, применимы — если применимы — лишь в аналогичных ситуациях, не в универсуме. Но авторы упрямо пытаются сделать вид, что это история обо всех, тыча зрителю в лицо отвратительными в своей поверхности символами.

Довеском идут темы жизни мусульманских общин и эффекта фургона с оркестром. Сюда бы какого-нибудь Кристиана Мунджиу, чтобы показать всё это буднично и отстранённо, но у Маймуны Дукур свой, скажем так, путь. Путь банальности, гиперболы, образов и символизма, лёгкого, как дуновение ветерка под платьице. Вот и получается, что «Милашки» — это кино обо всём сразу и ни о чём вообще. Ну, хорошо, есть сексуализация детей. А дальше? Откуда, чего, почему? Никакого исследования проблемы, мол, ну есть и есть эта сексуализация, чего бухтеть-то.

«Хэллоуин Хьюби» (Hubie Halloween, 2020)

В своей рецензии на «Хэллоуин Хьюби» обозреватель Chicago Sun-Times Ричард Ропер написал следующее: «Спор о том, ужасен Адам Сэндлер или талантлив давно закончился. Ответ: и то, и другое». И это очень верная характеристика. Сэндлер — удивительный актёр и сценарист, который, кажется, третий раз выпускает один и тот же фильм.

«Хэллоуин Хьюби» продолжает славную традицию «Водоноса» и «Маленького Никки» — историй про забитых родственниками добрых недотёп, пробивающихся к успеху. Только вместо сына дьявола или паренька, подающего стаканы спортсменам, тут некто Хьюби — то ли местный самоназванный дружинник, то ли просто без меры чуткий гражданин Сейлема.

Разница между персонажами чисто косметическая: Хьюби ведёт себя как Никки и Бобби, разговаривает почти как Никки и Бобби. Даром что имеет в своём арсенале крутейший термос, в котором умещаются и мегафон, и шуруповёрт, и суп, и фонарик, и крюк-кошка и ещё много чего.

Короче, этот самый Хьюби отправляется на улицы города в Хэллоуин, чтобы предупреждать жителей о потенциальной опасности. Все над ним, понятное дело, насмехаются, кидаются всяким мусором ему в лицо, но на деле оказывается, что в Сейлеме этой ночью действительно орудует преступник.

Кажется, что сценарий фильма лежал на полке с начала нулевых — настолько кондовая это комедия, настолько она в контексте того времени. Если вы, как и я, в детстве смотрели, прости господи, «кино в 21:00 на СТС», то примерно представляете, о чём речь — простейшая история, которая служит лишь поводом для шуток.

С ними тоже всё как встарь — стандартный безвкусный юмор студии Happy Madison Productions. Адам Сэндлер кричит, получает по голове, повторяет слово «стояк», кто-то писает и всё такое прочее. И вот вроде бы плохое кино, но оно настолько искренне в своей дурости и наивности, что при всём желании его невозможно ненавидеть. Просто сидишь и умиляешься, вспоминая детство.

«Суд над чикагской семёркой» (The Trial of the Chicago 7, 2020)

Однажды Аарон Соркин сказал, что хотел бы доработать «Несколько хороших парней». Много лет спустя он снял «Суд над чикагской семёркой» — и её с некоторой натяжкой можно назвать работой над ошибками.

Это такая же духоподъёмная судебная драма, в основе которой лежит реальная история процесса над «зачинщиками» беспорядков в Чикаго на съезде партии демократов в 1968 году. Старомодное во многом кино, с торжественной музыкой и текстовым эпилогом в финале. Но вряд ли кто-то ждал от Соркина революции или чего-то экспериментального, правда?

Он ценен, прежде всего, своим умением создавать яркие образы и писать невероятно увлекательные диалоги, а знаменитый судебный процесс — это идеальный материал для такого рода таланта. В «Суде над чикагской семёркой», кажется, никто не затыкается даже на секунду. Герои постоянно спорят, проявляют неуважение к суду, ругаются, вспоминают, проявляют неуважение к суду, травят байки, обсуждают положение дел в США и снова проявляют неуважение к суду.

Интересно, что от тех объёмов информации, которые вываливают на зрителя, голова пухнуть не начинает. Всё благодаря тому, что «Суд» — очень «сфокусированное» кино. Аарон Соркин не даёт себе выйти за рамки процесса и событий, непосредственно с ним связанных. Персонажи здесь, несмотря на выдающийся актёрский состав, это всего лишь функции, образы, олицетворяющие разные способы борьбы с властью.

О личной жизни героев мы знаем ничтожно мало, но оно и не нужно. По большому счёту, они случайно оказались на одной скамье, их ничего не объединяет кроме желания изменить страну, так и с какой стати им изливать друг другу душу?

Избавившись от балласта в виде каких-то там характеров, очертив их штрихами, режиссёр сумел посвятит всё экранное время главному — захватывающему и дикому заседанию, растянувшемуся на полгода. И несмотря на отсутствие чего-то революционного или нового в фильме, для самого Соркина это весьма нестандартная работа.

Дело в том, что «Суд над чикагской семёркой», в противовес «Социальной сети», «Человеку, которой изменил всё» и даже «Большой игре», до самого конца остаётся «производственной драмой». Если в прошлых фильмах, к которым Соркин приложил руку, личность всё же выходила на первый план, то тут всё остаётся в плоскости конфликта «общества и системы».

Это вовсе не значит, что персонажи не вызывают симпатии или сопереживания. Вызывают, но не тем, кто они, а тем, что делают и какие взгляды исповедуют. С помощью блестящей перепалки между Эдди Редмайном и Сашей Бароном Коэном Соркин ставит вопрос о методах политической борьбы, а зрителю придётся выбрать, чья позиция ему ближе.

Здорово и то, как Соркин показывает беспорядки, послужившие причиной судебного разбирательства. Для режиссёра будто нет разнице между войной во Вьетнаме и войной за её прекращение, которую ведут на гражданке. Он размывает границу между ними, снимая столкновения с полицией как хронику с полей сражений — резко, хаотично и жестоко.

В некотором роде, извините за вульгарное сравнение, «Суд над чикагской семёркой» — это правильный «Союз спасения». Без упрощения реальной истории и неоднозначный в том, что касается протестов.

 

Источник

Читайте также

Меню