Доля правды в «Острых Козырьках»: Часть 1

От автора

Данная статья изначально является моим детищем, рожденном в блогах сайта Stopgame.ru. Так, что если Вы вдруг являетесь одним из посетителей блогов и увидели знакомые заголовок — не пугайтесь. Это исключительно моя авторская инициатива

В чем сходство между яичницей и фильмами про гангстеров? (0_о)

Да, господа кулинары, все верно. И яичницу, и фильм про гангстеров можно “приготовить” сотней различных способов, но в конечном счете большинство из нас обязательно приготовит классическую глазунью и снимет фильм про “приключения итальянцев в Америке”. Многочисленные сицилийцы уже настолько оккупировали медиапространство, что сделать что-то по-настоящему новое на эту тему практически невозможно. Все-таки Крестного Отца и Клан Сопрано уже не переплюнуть.

Потому появление “Острых козырьков” на поле криминальных драм стало настоящим глотком свежего воздуха. Шляпы и плащи сменили жилеты и кепки, Томпсоны уступили место Уэбли (вплоть до 4 сезона), а итальянский колорит сменили “цыганские” обычаи При всей каноничности происходящих событий Острые Козырьки совсем не типичный сериал. По крайней мере так ярко и стильно Англию между двумя мировыми войнами не показывал никто (прости Гай Ричи — твой Шерлок на 30 лет старше).

Но я почти уверен, что при просмотре сериала у вас, зрителей возникал вопрос: ”Какова доля правды в том, что я вижу?”. Из него следуют новые вопросы: “Что же произошло в Белфасте?” или “В чем разница между кокни и шелти?” и наконец самый главный: “Насколько страшны были Острые Козырьки? Да и были ли они вообще?”.

На эти, а также несколько других вопросов я постараюсь ответить в нескольких материалах, первый из которых вы уже открыли.

На самом деле Стивен Найт, создатель сериала, за 5 сезонов сумел охватить весьма объемный пласт истории и культуры Великобритании, так что я думаю правильнее будет разделить мой рассказ на несколько частей, чтобы не сбрасывать на вас сразу неподъемный трактат.

Сначала мы покопаемся в криминальных перипетиях Бирмингема и Лондона, узнаем истинное лицо Острых Козырьков и познакомимся с основными участниками ипподромных войн.

Вторая часть будет целиком и полностью посвящена национальному, а точнее ирландскому вопросу. Здесь мы проследим путь ирландцев до первых двух сезонов козырьков, поймем, как ИРА напугала всю Британию и еще раз вспомним Гая Ричи (надо же узнать,причем тут цыгане).

В третьей части мы, как настоящие пауки, приплетем к любимому сериалу Россию и Ленина, а также разберемся в мотивах “Чудаков” (aka Экономическая лига).

Ну а заключительная часть будет посвящена 30ым годам личности Освальда Мосли и последнему десятилетию Британской Империи.

То что сериальные козырьки имеют реальный прототип — это довольно известный факт. НО (ох уж это НО) как только мы касаемся непосредственно деятельности героев экрана и реальных бирмингемских бандитов, то тут возникают существенные отличия.

Как говорил классик: “Мы живем на довольно скучной планете!”, и калибр настоящих козырьков явно уступает их экранному воплощению.

Во-первых, действия сериала происходят после Первой Мировой войны, в то время как газеты “похоронили” острых козырьков уже в 1902 году. Более того, до сих пор неизвестно была ли это одна крупная банда или несколько мелких.

Важно понимать, что реальные козырьки не были семейной ОПГ, как это было показано в сериале. Напротив, банда была массовой среди британской молодежи. Максимум на что были способны её члены — это разбойные нападения, массовые драки и мелкие грабежи. Никакого букмекерского бизнеса, никакого рэкета (почти никакого), никакого тайного сотрудничества с правительством, увы.

Рождение и смерть острых козырьков века обусловлены исключительно социальными проблемами Великобритании на рубеже XIX-XX веков, с решением которых хулиганский беспредел пошел на спад.

Первые банды, ставшие отцами и дедушками наших “героев”, формировались уже в 1870ых годах. По большей части это были агрессивно-настроенные подростки, громившие прилавки и устраивающие массовые побоища прямо на улицах, даже не ради влияния, власти или денег, а просто ради развлечения. Иногда под горячую руку попадали мирные жители, иногда полицейские. Особой дисциплиной было бросание камней в прохожих. Через какое-то время эти толпы начали делиться на клубы по интересам, т.е. на отдельные группировки. Такие банды начали именовать “драчунами” (ориг. sloggers). Полем боя для них стали как раз бедные районы и промзоны Бирмингема.

“Драчунами” эти банды оставались вплоть до весны 1890 года. В марте этого года произошло покушение на жизнь Джорджа Иствуда, совершенное двумя хулиганами. Бедолага получил трещину в черепе, множественные увечья на теле и порезы на голове, однако он смог сбежать и укрыться у одного из жильцов. Позже он поступил в Королевскую больницу в настолько тяжелом состоянии, что больному пришлось провести трепанацию черепа. Иными словами ему просверлили отверстие в голове.

Позднее 9 апреля в газете “London Daily News” одним из жителей было упомянуто, что нападение совершили члены банды “острые козырьки” из Смолл-Хита (юго-восточная область Бирмингема. Являлась родиной козырьков и в сериале). Вскоре так называли практически всех “драчунов” на территории Бирмингема.

Как оружие они использовали все, что попадалось под руку: камни, ножи, кочерги, дубинки, бутылки — все что угодно, кроме кепок с лезвиями. Увы, но непосредственно острые козырьки считаются легендой, не подкрепленной никакими источниками того времени.

Ноги этого мифа растут из романа “Прогулка по Саммер-лейн” Джона Дугласа, описывающего тяжелую жизнь в одном из районов Бирмингема, причем с явными додумываниями и перекосами. На деле все было гораздо проще и брутальнее. Если бритвы и использовали, то только опасные с характерной ручкой. Безопасные с вставными лезвиями в 90ые года были слишком дорогим удовольствием для работяг Бирмингема. Об огнестреле речи тоже не шло, так что священным оружием настоящих козырьков были увесистые дубинки, подобные тем, что были у полицейских.

Название же банды (банд) пошло по вполне тривиальной причине. В 90ые года вошла в моду та самая кепка с твердым козырьком, которую вы можете увидеть на всех фотографиях членов банды. Раньше же рабочие, а вместе с ними и “драчуны” предпочитали носить шляпы-котелки.

Подвиги истинных острых козырьков явно проигрывали семье Шелби в масштабах и организации (но не дерзости). Так, Генри Лайтфут, один из знаменитых членов козырьков, привлекался к ответственности за:

  • кражу восьми дверных ручек
  • кражу трех голубей, утки и шерстяной куртки
  • умышленную порчу стога сена
  • многочисленные нападения
  • пьянство, неподобающее поведение и сквернословие
  • кражу двенадцати скребков

Мне кажется, тут нужен отдельный спин-офф.

Что же свело деятельность козырьков на нет? Все очень просто, в начале XX века Британии провели реформу школьного образования, а также открыли множество боксерских клубов. Поэтому многие бандиты стали еще и “мастерами спорта”.

Но не стоит думать, что абсолютно все показанное не имеет никакого отношения к реальности. Я скажу даже больше, в 1 сезоне мы можем увидеть возможный прототип легендарного Томаса Шелби.

К слову о легендарности. Стивен Найт стремился при создании сериала объединить множество легенд, связанных с криминальным миром Бирмингема. Так в рамках сериала постоянно фигурируют цыганские суеверия, а главная тема сериала — песня “Red Right Hand” Ника Кейва, описывает собирательный образ антигероя вроде Томаса Шелби.


Скачки всегда занимали особое место в культуре Великобритании. По некоторым данным, это второй по посещаемости спорт в стране. Такая популярность имела место быть и 100 лет назад. И естественно неотъемлемой частью любых мало мальских серьезных скачек были ставки. А где ставки, там большие выигрыши, а где большие выигрыши, там желающие его получить. А если брать во внимание огромное количество людей и отсутствие внятной охраны (непосредственно на ипподромах полиции не было, только на близлежащих железнодорожных станциях), то желающих приобщиться к чужим средствам было достаточно.

Ипподромы порой больше походили на ярмарки, где каждый букмекер делал всё возможное, чтобы вы сделали ставку ИМЕННО у него по самым надежным коэффициентам. Кто-то наряжался в разные костюмы, кто-то выдумывал въедливые слоганы, а кто-то притаскивал с собой спасательную шлюпку (говорят, работало).

Интересный факт

Наличие у семьи Шелби своей букмекерской конторы в Смолл Хите само по себе правонарушение, за которое их всех можно упрятать за решетку. Дело в том, что ставки на скачки наличными разрешалось делать ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО на ипподромах в специальных зонах, где располагались палатки букмекеров. Данный запрет сняли только в 1961 году.

Многочисленность и наглость карманников и рэкетиров в конце концов вынудила букмекеров набирать охрану, в том числе из бывших боксеров. Это понижало их популярность у посетителей, но повышало безопасность. Но как и на улицах Бирмингема, как-таковой единой крупной преступной организации долгое время не вырисовывалось.

Особенно выделялись “Бирмингемские парни”, которая в конечном итоге сформировалась в полноценную “Бирмингемскую Банду” под руководством Билли Кимбера.

Как и в сериале тот фактически заправлял основными ипподромами Бирмингема и получал 50 % выручки главных букмекеров. Правда, в действительности Билли не был столь отталкивающим, нежели его экранная версия (хотя оставался редкостной сволочью).

Прямых сходств с Шелби настоящий Билли имеет не так много. Он не цыган, не воевал, не заправлял букмекерской конторой в Смол-Хите, но при этом оставался крепким и суровым человеком, неплохим бойцом и умным и харизматичным лидером. К тому же, как и у Шелби, криминалом занимался и младший брат Уильяма Джозеф.

К 1920му году Кимбер подмял под себя все северные ипподромы, заключил союз с лондонской бандой Уэга Макдональда и… ввязался в войну с союзом банды Сабини и еврейскими головорезами Альфи Соломона.

Дальнейшие события развивались стремительно. Беспорядки на ипподромах, покушения, вымогательства, драки, пытки — все это сопровождало Первую Ипподромную войну.

Конечно, персонажи сериала значительно отличаются от настоящих прототипов(во благо драматизма, разумеется): так “Дерби” Сабини предпочитал одеваться как можно проще и был настоящим джентльменом (по крайней мере он сколотил себе такую репутацию). Вражды с Альфи Соломоном, показанной в первой половине второго сезона тоже как-таковой не было. Напротив, они всегда оставались партнерами и конфликт с Кимбером начался именно после того, как на Альфи напали несколько подконтрольных бирмингемцам бандитов.

Также преувеличено влияние группировок на государство. На скачках бандиты действительно зарабатывали очень много. Но полностью избежать судов им не получалось. То Кимбера, то Макдональда пытались привлечь к ответственности, но посадить на длительный срок не выходило. Соломона даже посадили. А вот Сабини все-таки сумел купить неприкосновенность у стражей закона. Но лично Черчиллю никто не звонил и не писал (или это уже скрыли так, что не откопаешь…).

А вот прототип персонажа Тома Харди был чуть ли не главным врагом Кимбера, потому что именно Альфи Соломон устроил неудачное покушение на Кимбера. Кроме того Соломон не был замечен в продаже своего “хлеба” (т.е. виски для тех, кто вдруг не смотрел сериал), а занимался исключительно ставками на пару со своим братом Сиднеем Льюисом. Оба кстати пережили Вторую Мировую, как и Сабини, и Кимбер. Хотя их ипподромные империи уже к 30ым годам оказались в упадке. А вот союзник Кимбера Уэг Макдональд до своей смерти в 1940ом году успел поработать телохранителем у Джека Драгны, одного из донов итальянской мафии в период “сухого закона”.

Большинство вышеуказанной информации об ипподромных войнах, острых козырьках и биографии Билли Кимбера я взял из книги Карла Чинна — “Острые козырьки”: как это было. Билли Кимбер, “Бирмингемская банда” и ипподромные войны 1920-х. Если вам стали интересны подробности, то качайте и читайте.

Ну а на сегодня пока все. С вопросами, поправками и замечаниями прошу пройти в секцию комментариев. Спасибо вам за внимание, и не оставляйте острые козырьки в гардеробе.

С вопросами, поправками, дополнениями и замечаниями прошу пройти в секцию комментариев.

 

Источник

Читайте также

Меню