По ту сторону рациональности: как человеческая природа управляет экономикой
Вплоть до 1970-х годов в экономической науке царила идиллия. Академическое сообщество опиралось на неоклассическую модель, где центральное место занимал «человек рациональный» — субъект, принимающий исключительно взвешенные решения. Монетаризм Милтона Фридмана и кейнсианские идеи сходились в одном: рынки эффективны, ресурсы распределяются оптимально, а цены всегда отражают реальное положение дел. В этой стройной системе не было места хаосу.
Однако реальность оказалась куда сложнее. Под поверхностью математических моделей скрывались иррациональные импульсы и психологические ловушки, которые, подобно фрейдистскому подсознательному, определяли движение капиталов. Двое ученых — Джордж Акерлоф и Роберт Шиллер — решили бросить вызов устоявшимся догмам и предупредить мир о грядущих потрясениях.
Феномен «рынка лимонов»
Первую трещину в идеальной картине обнаружил Джордж Акерлоф. В конце 1960-х выпускник MIT обратил внимание на странные процессы на рынке подержанных автомобилей. Его исследование «Рынок «лимонов»: неопределенность качества и рыночный механизм» три года отвергалось ведущими журналами: рецензенты считали его выводы либо банальными, либо абсурдными. Лишь в 1970 году работа увидела свет.
«Лимонами» в Америке называют проблемные авто, скрытые дефекты которых обнаруживаются сразу после покупки. Акерлоф ввел понятие информационной асимметрии. Суть проста: продавец знает о машине всё, а покупатель — лишь то, что ему говорят. Опасаясь купить «хлам», покупатель снижает цену, которую готов заплатить. В результате владельцы действительно хороших машин уходят с рынка, так как не могут получить честную цену, и площадка заполняется настоящим автохламом.
Этот принцип применим повсюду: от страхования до рынка труда. Без внешнего регулирования и механизмов доверия информационная асимметрия способна уничтожить любой рынок, превращая его в негативный отбор.
Крах иллюзии эффективности
Пока Акерлоф разбирался с «лимонами», профессор Йеля Роберт Шиллер атаковал гипотезу эффективного рынка. Эта теория гласила, что стоимость акций всегда справедлива, так как мгновенно учитывает все новости. Шиллер доказал обратное: котировки движимы не только цифрами в отчетах, но и коллективными эмоциями.
Проанализировав данные столетней давности, Шиллер пришел к выводу, что инвесторы часто ведут себя иррационально, создавая финансовые «пузыри». Его прозорливость стала легендарной: в 2000 году он предсказал крах доткомов, а в 2005-м — обвал рынка недвижимости США, ставший детонатором мирового кризиса 2008 года. Увы, к его предостережениям начинали прислушиваться только тогда, когда лавина уже начинала свой сход.
Animal Spirits: пять драйверов хаоса
В 2009 году, в разгар глобальной рецессии, Акерлоф и Шиллер выпустили совместный труд «Spiritus Animalis» (Иррациональное начало). Они систематизировали психологические факторы, которые заставляют экономику отклоняться от математических прогнозов:
- Доверие и уверенность. Именно они раздувают пузыри. Когда люди верят в бесконечный рост, они игнорируют риски, создавая психологический «якорь» успеха.
- Стремление к справедливости. Экономические решения часто принимаются не из выгоды, а из чувства «правильности». Например, нежелание компаний снижать зарплаты в кризис (что кажется несправедливым) ведет к массовым увольнениям.
- Злоупотребления и нечестность. Капитализм неизбежно порождает искушение обойти правила, что в масштабах системы ведет к системным сбоям.
- Денежная иллюзия. Люди склонны смотреть на номинальные суммы, забывая об инфляции. Это позволяет бизнесу незаметно корректировать реальные расходы на оплату труда.
- Власть нарративов. Популярные истории (вроде «недвижимость всегда только дорожает») распространяются как вирусы, формируя поведение миллионов людей сильнее, чем любые отчеты центробанков.
Роль государства: наставник, а не надзиратель
Главный вывод ученых: рынок не способен к абсолютному саморегулированию, потому что человек — не машина. Экономические циклы — это во многом циклы смены человеческих настроений от эйфории до паники.
В этой парадигме государство и регуляторы (Центробанки) должны выступать в роли мудрого модератора. Изменение ключевой ставки — это не просто технический маневр, а мощный психологический сигнал, призванный вернуть доверие. Задача власти — купировать самые разрушительные проявления иррациональности, помогая обществу преодолевать когнитивные искажения (например, через обязательные пенсионные системы).
Сегодня наследие Акерлофа и Шиллера признано высшей научной наградой — оба стали нобелевскими лауреатами. Их труды доказали: чтобы понять экономику, нужно прежде всего понять человека.
