В анналы науки этот период вошел под названием Bone Wars — «Война костей». Это захватывающая хроника бескомпромиссного соперничества двух светил палеонтологии: представителя Йеля и его коллеги из Филадельфии. На протяжении полутора десятилетий, с 1877 по 1892 год, Эдвард Коуп и Отниел Марш вели настоящие боевые действия: засылали лазутчиков, переманивали персонал, похищали артефакты и даже взрывали бесценные окаменелости, лишь бы они не попали в руки оппонента. Парадокс в том, что эта вражда стала мощнейшим катализатором: они открыли более 140 новых видов, фактически заложив фундамент американской палеонтологии, хотя в итоге оба остались у разбитого корыта. Обратимся к истокам этого конфликта.
Палеонтологический контекст XIX века: зарождение дисциплины
Само понятие «динозавр» было введено в научный оборот лишь в 1842 году. Британский натуралист Ричард Оуэн, систематизировав разрозненные находки с юга Англии, пришел к выводу, что они принадлежат к особой группе доисторических рептилий. Название он сконструировал из греческих корней deinos («ужасающий») и sauros («ящер»).
Для Оуэна динозавры были аргументом против эволюционизма: он считал, что раз вымершие гиганты не оставили прямых потомков, то и прогрессивного развития жизни не существует. Однако уже в 1868 году Томас Гексли, известный как «бульдог Дарвина», выдвинул гипотезу о родстве динозавров и птиц. Окончательное подтверждение эта связь получила лишь в 1970-х годах благодаря работам Джона Острома, описавшего дейнониха.
В Соединенных Штатах палеонтология развивалась медленнее. Первый относительно полный скелет — гадрозавра из Нью-Джерси — описал Джозеф Лейди в 1858 году, и долгое время эта находка оставалась уникальной.
Ситуация в корне изменилась после Гражданской войны. Масштабное строительство трансконтинентальной железной дороги сопровождалось взрывными работами, в ходе которых рабочие постоянно натыкались на гигантские кости. Квалифицированных специалистов, способных оценить эти находки, в стране тогда было крайне мало.
Эдвард Коуп: филадельфийский эрудит
Эдвард Дринкер Коуп родился в 1840 году в обеспеченной семье квакеров в пригороде Филадельфии.
Он проявил себя как настоящий вундеркинд: дебютная научная статья вышла, когда ему было всего 18, а к двадцати годам он уже обладал репутацией авторитетного герпетолога. Престижный журнал Copeia, специализирующийся на изучении рыб и рептилий, по сей день носит его имя.
Получив образование в Пенсильванском университете и пройдя стажировку в Европе, Коуп решил посвятить себя независимым исследованиям, продав семейную ферму для финансирования своих изысканий. Его научное наследие колоссально — более 1400 опубликованных работ.
Личность Коупа была противоречивой: одни восхищались его фанатичной преданностью науке, другие считали его заносчивым спорщиком. Не умея находить подход к чиновникам, он так и не добился государственных субсидий, вкладывая в экспедиции личный капитал. При этом он обладал удивительной харизмой — например, легко заводил дружбу с индейцами, развлекая их фокусами со своими съемными протезами, что обеспечивало его команде безопасность на неспокойных территориях.
Отниел Марш: йельский стратег
Отниел Чарлз Марш, родившийся в 1831 году в штате Нью-Йорк, также вырос на ферме, но с юных лет тяготел к коллекционированию минералов и окаменелостей.
Ключевую роль в его судьбе сыграл дядя — филантроп и мультимиллионер Джордж Пибоди. Он оплатил обучение племянника, который начал публиковаться лишь к 30 годам. Именно на деньги Пибоди в 1866 году при Йельском университете был основан музей естественной истории (знаменитый Peabody Museum), а сам Марш получил там почетную, хоть и неоплачиваемую должность профессора палеонтологии.
В отличие от импульсивного Коупа, Марш был виртуозным администратором. Он заручился поддержкой военных и политиков, а его экспедиции сопровождал легендарный Буффало Билл. Марш сумел договориться даже с вождем сиу Красным Облаком: в обмен на политическое лоббирование интересов племени он получил право беспрепятственно искать кости на индейских землях, за что удостоился прозвища Вождь Большая Кость.
Однако современники отмечали его деспотичный нрав: Марш часто присваивал себе заслуги подчиненных, задерживал им зарплату и никогда не указывал ассистентов в качестве соавторов своих трудов.
Истоки вражды: от дружбы к ненависти
Первая встреча будущих антагонистов состоялась в 1864 году в Берлине. Поначалу ученые ладили, обмениваясь находками и называя в честь друг друга новые виды. Но хрупкий мир быстро рухнул. Существует несколько версий того, что стало «точкой невозврата».
Версия первая: Промышленный шпионаж в Нью-Джерси. Оба ученых работали на перспективных карьерах, и Коуп заподозрил Марша в том, что тот тайно подкупил его рабочих, заставляя их перенаправлять лучшие находки в Йель.
Версия вторая: Земельный конфликт. Коуп утверждал, что Марш, используя свои связи, переоформил в частную собственность участки с окаменелостями, которые изначально открыл и описал Коуп, тем самым закрыв коллеге доступ к работе.
Версия третья (классическая): Профессиональное унижение. В 1868 году Коуп представил реконструкцию эласмозавра — морского ящера с колоссальной шеей.
В спешке Коуп допустил фатальную ошибку, приставив череп к хвосту животного. Когда ошибка вскрылась, он пытался изъять тираж публикации, но Марш устроил из этого публичную порку, едко высмеяв оппонента в прессе. К 1870-м годам любая коммуникация между ними прекратилась, сменившись открытой враждой.
Методы палеонтологической войны
Полем битвы стали штаты Вайоминг, Колорадо и Небраска. Эпицентром конфликта стала местность Комо Блафф в Вайоминге — богатейшее кладбище динозавров, где кости лежали буквально под ногами.
Ученые не жалели средств на наем вооруженных отрядов и профессиональных копателей. Противостояние принимало самые дикие формы:
-
Агентурная сеть: стороны внедряли шпионов в лагеря конкурентов, чтобы узнавать о новых «золотоносных» жилах.
-
Саботаж и перехват: Коуп однажды сумел перенаправить железнодорожный состав с находками Марша в Филадельфию, подкупив станционных смотрителей. Пока Марш искал груз, Коуп уже вовсю изучал чужие кости, стремясь опубликовать их описание первым.
-
Научные диверсии: Марш подкидывал в раскопы соперника кости животных из других эпох, надеясь, что Коуп в спешке включит их в описание нового вида и опозорится.
-
Тактика выжженной земли: то, что нельзя было забрать с собой, зачастую уничтожалось. Отработанные карьеры взрывали динамитом, а «лишние» кости дробили в пыль, лишь бы они не пополнили коллекцию врага.
Эта бешеная гонка привела к хаосу в систематике: виды описывались поверхностно, названия дублировались, а скелеты собирались из костей разных животных.
Казус с бронтозавром
История бронтозавра стала памятником этой эпохи. В 1877 году Марш описал апатозавра, а через два года нашел еще один похожий скелет, но без головы. Спеша закрепить приоритет, он назвал его «бронтозавром» («громовым ящером») и дополнил скелет черепом совсем другого динозавра — камаразавра.
В таком «гибридном» виде бронтозавр красовался в музеях десятилетиями. Только в 1903 году было доказано, что это один и тот же род, и название «апатозавр» стало приоритетным. Любопытно, что в 2015 году статус бронтозавра как отдельного рода был частично реабилитирован на основе новых морфологических данных.
Финал и последствия
В 1890 году конфликт выплеснулся на страницы газеты New York Herald. Взаимные обвинения в некомпетентности, воровстве и растрате госсредств привели к грандиозному скандалу. Правительство начало расследование, лишив обоих ученых бюджетного финансирования.
Для Марша это стало началом конца: он лишился постов, растратил наследство и умер в 1899 году, оставив после себя горы неразобранных ящиков с костями. Коуп разорился на неудачных инвестициях, продал свою коллекцию и закончил дни в одиночестве в 1897 году. Даже умирая, он остался верен себе — завещал свой скелет науке, вызвав Марша на посмертный поединок по объему мозга (тот вызов не принял).
Наследие «Войны костей»
Несмотря на сомнительные методы, результат их деятельности впечатляет. Марш открыл 86 новых видов, включая легендарных трицератопса, стегозавра и диплодока. Коуп описал 56 видов динозавров и внес колоссальный вклад в ихтиологию и сравнительную анатомию.
Именно благодаря их вражде динозавры превратились из узкоспециальной темы в культурный феномен. Охота за костями на Диком Западе стала сенсацией, заполнившей заголовки газет и залы музеев. Если сегодня мы восхищаемся «Парком юрского периода», то во многом обязаны этим двум одержимым профессорам из XIX века.
Для тех, кто предпочитает художественное изложение истории, рекомендуем роман Майкла Крайтона «Зубы дракона», посвященный этим событиям.
