OpenAI: Триллионный блеф или начало конца?
Колоссальные убытки, судебные баталии и роковой вопрос на триллион долларов.
Прошлой осенью мой скепсис относительно будущего OpenAI вызвал немало споров. Тогда вопрос «Является ли ChatGPT карточным домиком?» казался преждевременным. Тревожные звонки — зависимость от вычислительных мощностей и юридические риски — лишь слабо мерцали на фоне стремительной экспансии.
Спустя несколько месяцев эти искры превратились в полномасштабный пожар. Ситуация не просто изменилась — она драматически обострилась. Сегодня OpenAI сталкивается с беспрецедентным давлением: стремительным сокращением доли рынка, иском на 134 миллиарда долларов, катастрофическим дефицитом ликвидности и подготовкой к самому рискованному IPO в истории технологического сектора.
Мой обновленный вердикт: положение компании перестало быть просто «шатким». Оно стало критическим.
Эрозия рыночного доминирования
Если раньше ChatGPT считался абсолютным монополистом, то сегодня его корона заметно потускнела. По данным аналитиков Apptopia, за последний год доля мобильного приложения ChatGPT рухнула с 69,1% до 45,3%. Это не просто коррекция, это полномасштабное отступление на 24 процентных пункта.
В то же время конкуренты наступают по всем фронтам: Google Gemini практически удвоил свое присутствие (до 25,2%), а Grok Илона Маска совершил невероятный рывок с 1,6% до 15,2%. Мы наблюдаем не конкуренцию, а планомерное вытеснение лидера.
Статистика веб-трафика от Similarweb лишь подтверждает этот тренд. В январе 2026 года аудитория Gemini превысила 2 миллиарда посещений в месяц, показав рост на 28%, в то время как трафик ChatGPT сократился на 5,6%. Для стартапа, чья капитализация держится на вере в его исключительность, эти цифры носят экзистенциальный характер.
Наиболее болезненный удар OpenAI получила в корпоративном секторе. Опрос Menlo Ventures демонстрирует, что Claude от Anthropic теперь удерживает 33% рынка внедрения ИИ в компаниях, оставляя OpenAI на втором месте с 25%. Именно здесь сосредоточены основные капиталы и долгосрочные контракты, и именно эту битву Сэм Альтман сейчас проигрывает.
Кстати, о гибкости выбора. Пока гиганты сражаются за влияние, пользователям выгоднее сохранять независимость. Сервисы вроде BotHub позволяют работать с лучшими моделями ИИ (включая Claude и Gemini) в едином интерфейсе, не привязываясь к одной платформе. Это идеальный инструмент для тех, кому важен результат, а не бренд. Доступ возможен без VPN и с оплатой российскими картами. По ссылке доступны 300 000 бесплатных токенов для старта.
Золотые наручники инвесторов
На первый взгляд, пул инвесторов OpenAI выглядит безупречно: Microsoft, Nvidia, Oracle. Но дьявол кроется в деталях. Расследование Bloomberg указывает на так называемые «круговые сделки», которые больше напоминают долговую кабалу, чем классическое венчурное финансирование.
Возьмем кейс Microsoft. Вложив 13 миллиардов долларов, корпорация получила от OpenAI обязательство закупить облачные услуги Azure на астрономическую сумму в 250 миллиардов. Это не инвестиция в чистом виде — это покупка лояльного клиента на десятилетия вперед.
Аналогичная схема прослеживается и с Nvidia: в обмен на капитал OpenAI обязуется заполнять свои дата-центры исключительно их чипами. В итоге стартап лишен маневра. У него нет своего облака, нет собственного производства компонентов и нет плана «Б». Если технологические гиганты решат сменить фаворита, OpenAI останется у разбитого корыта.
IPO как жест отчаяния
Планы OpenAI выйти на биржу с оценкой в 1 триллион долларов выглядят не как триумф, а как попытка спасения. Внутренние финансовые отчеты суровы: в 2026 году прогнозируется убыток в 14 миллиардов долларов. Совокупные потери до 2028 года могут составить 44 миллиарда.
Компания не рассчитывает на прибыльность до 2029 года. IPO необходимо Альтману лишь для того, чтобы поддерживать огонь в топке, которая сжигает миллиарды быстрее, чем они успевают поступать. Публичные инвесторы, в отличие от частных, потребуют четких ответов: как остановить падение доли рынка и когда начнется реальный возврат инвестиций?
Маск против Альтмана: Юридический цугцванг
Судебный процесс с Илоном Маском, стартующий в апреле 2026 года, может стать фатальным для нынешней структуры OpenAI. Маск обвиняет компанию в предательстве идеалов некоммерческой организации, созданной для блага человечества. Он требует не только компенсации в 134 миллиарда долларов, но и судебного запрета на текущую коммерческую деятельность.
Если суд признает трансформацию OpenAI в коммерческую структуру незаконной, это поставит крест на инвестициях Microsoft и сделает IPO невозможным. Даже если финансовые потери будут минимальными, репутационный ущерб и юридическая неопределенность отпугнут крупных игроков.
Математика выживания
Картина складывается безрадостная. OpenAI сжигает по 17 миллиардов в год, теряя позиции во всех сегментах. Технологическое преимущество ChatGPT нивелировано. Конкуренты в лице Google и Meta имеют структурное преимущество: у них есть собственные источники дохода (поиск, соцсети), которые позволяют им субсидировать ИИ-разработки бесконечно долго.
OpenAI лишена такой роскоши. Каждое новое поколение чипов делает их инфраструктуру устаревшей, требуя всё новых миллиардов для поддержания темпа. Это бег на месте в условиях усиливающегося ветра.
Итог: Кто выйдет победителем?
OpenAI изменила мир, запустив новую промышленную революцию. Но история знает немало пионеров, которые не дожили до плодов своего успеха. Сегодня компания зажата в тисках между огромными долгами, агрессивными конкурентами и судебными исками.
Наиболее вероятный сценарий — поглощение. Microsoft выглядит логичным покупателем, так как их собственные разработки в области LLM заметно отстают. Темными лошадками остаются Nvidia и Meta, способные интегрировать технологии OpenAI в свои экосистемы.
Карточный домик еще стоит, но фундамент уже дал глубокие трещины. За грядущим IPO будет интересно наблюдать, но ставить на него все свои сбережения я бы не рискнул.
*Meta и Facebook признаны экстремистскими организациями и запрещены на территории РФ.
